— Мы с тобой так долго мечтали о совместном будущем! Очнись, Джугели! Я люблю тебя! Мы почти семья!
— Как раз поэтому не могу тебя обманывать.
— О каком обмане ты говоришь?
— Я больше ничего не чувствую, понимаешь? Даже в такой горький момент, — честно признаюсь, ощущая себя невероятно жестокой. — Не знаю, как объяснить. Мы, наверное, не сумели сохранить то, что у нас было, — старательно забиваю образовавшуюся тишину своими предположениями. — А может… Наша с тобой дружба так и не переросла во что-то большее.
— Ты с кем-то спуталась? — вдруг спрашивает Леван, прищуриваясь.
— Что?
Меня словно чем-то тяжёлым по голове бьют.
— Спуталась, да?
— Прекрати разговаривать со мной в таком тоне!
— Отвечай!
Матом на меня орёт, а ведь ругательств из его уст прежде никогда не звучало.
— Знаешь что, Горозия! Если ты не настроен на нормальную беседу, то я вынуждена её оборвать.
Отключаюсь.
Тяжело дыша, кладу планшет на одеяло и прижимаю к пылающим щекам ледяные ладони.
— Спокойно, Тата.
Но сердце адским стуком заходится, когда уже через минуту Леван начинает перезванивать…
Глава 45
Марсель
Заглядываю в спальню родителей.
— Сынок, ты пришёл.
— Да. Опять плачет?"
"— Отец с девчонками уехал в магазин. А я вот нашего Петю второй час как успокоить не могу. Ну-ка ты подержи его.
Захожу в комнату и мама осторожно вкладывает мне в руки орущего мальчугана.
— Аккуратно. Придерживай голову.
— Знаю.
Ну чё она в самом деле? Опыт-то, как никак, у меня имеется.
— Тс-с-с! Тише, Паваротти, чего ты разорался на весь дом?
Мелкий лупится на меня своими зелёными глазищами, пока я принимаюсь его медленно покачивать.
— О, замолчал! Волшебно! Продолжай, пожалуйста, в том же духе. Я сейчас быстренько метнусь вниз и вернусь.
— Окей.
Подхватив какие-то шмотки, матушка со скоростью света вылетает в коридор.
— Ты — капец какой крикливый. Завязывай давай со своими истериками. Это не по-пацански, бро, — отчитываю самого младшего из семейства Кучерявых.
Потешный он, хоть и вредный жуть. Пускает пузыри, кряхтит. Ладошку ко мне тянет. Носом в неё утыкаюсь и хрюкаю. Это нашего Петьку всегда раззадоривает.
— Во, улыбайся давай и запоминай. Абрамовы — не плачут. Нечего сырость тут разводить.
— Такие, Дарин? — слышу голос бати, а в следующую секунду в спальне появляется мама. Она с ним по видеосвязи что-то обсуждает.
— Такие. Только найдите самую большую упаковку. А лучше две.
— Я понял.
