Школа…
Надо же, как изменчива жизнь! Десять месяцев назад я ненавидела этот маленький, провинциальный город и ежедневно мечтала о том, чтобы появилась возможность поскорее уехать отсюда.
Что ж. Бойтесь своих желаний.
— Честно сказать, чего-то такого я ожидал от тебя, Тата. Ты ещё зимой прилетела в Москву какая-то другая.
— Кто бы говорил. Ты и сам уже давно стал другим.
— Не спорю, — самодовольно ухмыляется.
— Это не комплимент, если что. Ты изменился в худшую сторону. Передо мной не тот Леван, которого я знала в детстве, — разочарованно заключаю, глядя на его профиль.
— Ну, так-то, кис, и ты — не та, за кого себя выдавала.
Прищуриваюсь.
— Целка-то ещё или уже легла под него? — хлёстко бьёт обидными словами.
— Слушая это, жалею, что не легла.
Смеётся, метнув в меня недобрый взгляд.
— Знаешь, сколько девок у меня было за последние пару лет? — хвалится, задирая подбородок. — Ууу. Много. Когда ты звонила, кстати, на кухне не друзья тусовались, а Лали. Помнишь нашу симпотную горничную?
— Меня нисколько не задевает эта информация, Леван.
Раньше, возможно, расстроилась бы, но сейчас мне всё равно, — признаюсь абсолютно искренне. — Знаешь, только чего не понимаю?
— Чего, родная?
Морщусь.
В нынешних обстоятельствах это его «родная» звучит как самое настоящее издевательство.
— Зачем я тебе? Зачем женитьба?
— Нет, Тата, давай без этого. Даже не пытайся. Я не намерен терять новенькую хату в столице, тачку, ежемесячный денежный взгрев и другие плюшки.
— Ты мог бы с лёгкостью найти кого-то другого на роль своей невесты.
— Отцу нужно, чтобы ею была ты. Чуешь связь? Ты же не тупая.
— Что вы задумали?
Не могу отделаться от ощущения, что всё это как-то связано с бизнесом.
Горозия собирается что-то ответить, но внезапно в поле нашего зрения появляется чёрный Kаwаsаki. Точнее сперва мы слышим его адский рёв.
Марсель!
В экипировке и шлеме.
Едва вижу, как проносится мимо, целый фейерверк эмоций чувствую.
Волнение. Трепет. Радость. Страх.
Как нашёл нас? Откуда узнал? Илона?
Зачем поехал за мной?
— Чё за херня? Чё он исполняет? — не сразу включается в происходящее Леван, когда видит, что мотоцикл сначала сбавляет ход, равняясь с ним, а затем, стартанув вперёд, намеренно его подрезает.
— Осторожно! — кричу, ведь расстояние между машиной и Kаwаsаki опасно сокращается.
— А, так это тот кучерявый тип, с которым ты замутила? — доходит до него медленно, но верно.
Абрамов тем временем рукой сигнализирует ему, чтобы съехал на обочину.
