Однако… Как жестока, порой, бывает судьба! Даже в день твоего рождения!
На террасе заднего входа сталкиваемся с братом и его женой. Трус Шатохин тотчас выпускает мою ладонь. Бросает ее, словно земное проклятие. Еще и отшагивает от меня в сторону.
Артем, уставившись на нас, растерянно хмурится. Лиза краснеет и опускает взгляд. Не знаю, что именно ее смущает: то, что мы с Шатохин поймали их за поцелуем, или конкретно мы. Порой она розовеет, просто глядя на нас с Даней. Уж не знаю, что видит. Я, вроде как, себя не выдаю.
А Шатохин… Он со всеми ведет себя одинаково.
– Что случилось? – разрезает затянувшуюся тишину голос брата.
– Ничего! – выталкиваем с Даней в один голос.
Артем замирает, переводя взгляд с меня на друга и обратно. Уровень волнения во мне достигает кипения. Готова взорваться.
– Вы, блин, нормально не можете? – выдыхает Тёма.
– В смысле? – опять в унисон получается.
Брат тянется за сигаретами, неторопливо выбивает одну для себя, другую подает Шатохину.
– Не скандалить хотя бы в праздник можете? – задает этот вопрос не впервые, сегодня почти лениво.
– Можем! – заверяем мы с Даней.
Он берет у Тёмы сигарету. Я убегаю.
Продвигаясь по темным коридорам дома, не пытаюсь успокоить дыхание. Натужно циркулирую воздух. Разят мои хриплые учащенные выдохи пространство, пока не добираюсь до ванной.
Там упираюсь ладонями в пьедестал раковины, смотрю на себя в зеркало и шепотом приказываю себе остановиться.
– Хватит… Хватит… Будет больно…
Даниил Шатохин испорченный. Он не способен на настоящие чувства.
В силу той извращенной среды с изобилием секса, в которой вырос Даня, полностью нормальным человеком он не будет никогда. Я же изучала вопрос с точки зрения психологии. Шатохин, скорее всего, всю свою жизнь будет довольствоваться только сексом. Мне же… Мне подобного недостаточно. Именно поэтому о моей к нему любви рано заявлять.
Зачем тогда я отправила ему ту эсэмэску?
Черт… Черт…
Хлопнув по смесителю, подставляю под струю холодной воды руки.
Грудь все выше вздымается.
Грозит вырваться из тугого корсета на волю. Мое дыхание становится настолько свирепым, что походит на какую-то паническую атаку.
Не исключено, что так и происходит. У меня паника. Артем с Лизой остаются у нас на выходные. Значит, останется и Даня.
Боже… Что дальше будет?
3
Ты нарываешься.
© Даниил Шатохин– Есть одна сучка. Ей где-то тридцатник, – мету языком по привычке, прикидываясь перед самим собой, что мозги не забиты охотой на кобр.
