Запрет на вмешательство

Сателлиты фиксировали значительное скопление людей в восточной части леса. Кроме большой группы окруженцев, возможно даже какой-то организованной части, это никто быть не мог — не станут же немцы зачем-то забираться в лес и сидеть там, стараясь не себя не обнаружить. Своим эффектным появлением мы подложили этим людям первосортную свинью, как магнитом притягивая внимание врага к месту их дневки. Я, правда, надеялся, что задерживаться здесь на ночь они не планируют, но все равно чувствовал себя как-то неуютно.

— Нагулин, видишь вон тот овраг? — тронул меня за плечо сержант. — Прикажи пленному загнать бронетранспортер туда.

— Есть, — ответил я и перевел приказ механику-водителю.

Немец ощутимо занервничал. В том, что рано или поздно мы решим покинуть «Ганомаг», он и раньше не сомневался, но теперь, когда это стало фактом, пленный всерьез обеспокоился своей дальнейшей судьбой, он ведь больше был нам не нужен. Тем не менее, приказ немец выполнил беспрекословно, прекрасно понимая, что в ином случае он лишь приблизит возможные проблемы, а то и создаст себе их на пустом месте.

— Чежин, свяжи пленному руки за спиной, — приказал Плужников, когда бронетранспортер остановился. — Нагулин, спроси его, как привести машину в полную негодность, не устраивая здесь стрельбу и взрывы.

Минут десять мы курочили ломами двигатель и трансмиссию так выручившей нас машины, ибо оставлять исправную технику врагу сержант не желал категорически.

Вскоре выяснилось, что я недооценил болезненность урона, нанесенного нами противнику. Устраивать на ночь глядя целую войсковую операцию по нашему отлову немцы не стали, но минут пятнадцать сосредоточенно долбили по лесу из гаубиц, а перед самым закатом справа от нас прошла пара Юнкерсов Ju-88, накрывших центральную часть леса бомбовым ковром из нескольких сотен мелких осколочных бомб СД-1.

Все это время мы отсиживались в небольшом карьере, заброшенном еще до войны и успевшем густо зарасти молодыми деревьями. Фактически, это была внушительных размеров яма, в центе которой даже имелось небольшое озерцо с чистой на вид водой, которой мы наполнили опустевшие за день фляги.