Запрет на вмешательство

Прицельные маркеры мечутся, за контуром цели, импланты не справляются со стабилизацией бьющегося в моих руках пулемета. Наконец, сухой щелчок извещает меня о том, что боезапас иссяк. И тут лес к югу от нас погружается в ад — начинают рваться бомбы, сброшенные «Юнкерсом» на позиции батальона.

Вся восточная оконечность лесного массива, где засела русская рейдовая часть, истекала дымом и частично горела. Что там могло еще стрелять, майору Тиллю было решительно непонятно. Но что-то стреляло, причем так, что соваться туда не возникало никакого желания.

Артиллерия отработала четко — промахов почти не было, и после окончания артподготовки майор решил, что с запросом на авиаудар он, пожалуй, погорячился. Но ведь чем больше снарядов и бомб упадет на головы врага, тем лучше для его батальона, так что пусть себе пилоты развлекаются.

Однако с развлечением как-то не сложилось. Сначала все шло, как на учениях. Два восемьдесят восьмых качнули крыльями, подтвердив, что приняли целеуказание с земли, и уверенно зашли на лес.

Что случилось потом, Тилль понял не сразу. Из леса раздался хлопок одиночного выстрела. Судя по звуку, стреляло противотанковое ружье. Никакой реакции со стороны самолетов не последовало, но через несколько секунд ударил второй выстрел. Тилль, внимательно наблюдавший за атакой в бинокль, кажется, даже рассмотрел на остеклении кабины ведущего бомбардировщика что-то вроде вспышки. Тем не менее, машина еще несколько секунд продолжала спокойно лететь вперед, и майор подумал было, что ему просто показалось, когда задняя часть фонаря кабины неожиданно отскочила и улетела вниз, а сам самолет заложил явно неуправляемый вираж вправо со снижением. При этом он зачем-то начал сброс бомб, хотя до цели оставалось еще метров пятьсот, зато прямо под этот смертельный дождь попал один из взводов, отрезавших русским отход в западную часть лесного массива.

Тилль грязно выругался, поминая люфтваффе последними словами. За грохотом взрывов майор не расслышал следующих выстрелов русского бронебойщика, но второму самолету, уже почти вышедшему на цель, похоже, тоже прилетело.

Он рыскнул на курсе, однако, довольно быстро смог выправиться и начал сброс бомб. Из леса по «Юнкерсу» ударил пулемет. Кажется, это был знакомый звук MG-34 в режиме максимальной скорострельности. Некоторые пули в ленте оказались трассирующими, и Тилль отчетливо видел, как они настигают бомбардировщик.