Страх и ярость переплелись воедино, заставляя меня глубоко дышать — так, что грудь высоко поднималась и опускалась.
— Только троньте меня, — сказала я, стараясь сохранять спокойствие. Я не жертва, не жертва, не жертва… Они не посмеют меня тронуть. Иначе я…
— Что происходит? — раздался вдруг голос Игната, и парни, что надвигались на меня, замерли в недоумении.
Елецкий вышел из темноты и встал чуть впереди меня, словно закрывая плечом. Повисла тишина, и были слышны только звуки сверчков да музыка вдалеке.
Странно, но я вдруг почувствовала, как страх отступает.
Остался только гнев, который сдавливал мое горло, словно удавкой.
— Я спросил — что происходит? — повторил Елецкий.
Вроде бы голос его звучал спокойно, но было в нем что-то опасное, хищное. Мне вдруг показалось, что он словно зверь, готовый к атаке. Остальные, кажется, тоже это понимали. И боялись говорить.
— Да так, Игнатик, знакомимся с твоей сестренкой, — пропела одна из рыжеволосых сестер.
— Знакомитесь? — переспросил Елецкий.
— И без меня? Непорядок.
Не поворачиваясь, Игнат нашел в темноте мою руку и крепко взял ее, заставив меня вздрогнуть. Я снова чувствовала тепло его пальцев. И снова сердце стучала, как ненормальное.
— Идем.
Игнат потянул меня за собой, и я послушно пошла за ним в беседку. Сидящие там парни и девушки напряженно наблюдали за нами. Никто больше не говорил гадости, не смеялся и не улыбался. Все напряженно притихли и смотрели на Елецкого с опаской.
— Выбирай, малышка, — сказал он мне, все так же не поворачиваясь, но не отпуская моей руки.
— Что выбирать? — тихо спросила я, ничего не понимая.
Малышка? Зачем он меня так называет?
— Не что, а кого. Того, кто сильнее всех обидел тебя.
— Зачем? — непонимающе прошептала я.
Игнат чуть сильнее сжал мою ладонь, словно настаивая на том, что я должна дать ответ.
— Ну же. Не люблю ждать. Просто покажи мне того, кто сильнее тебя обидел. Твой старший брат разберется с этим мусором.
Старший брат.
От двух этих слов меня будто холодной водой окатило.
Я так мечтала о старшем брате, который будет защищать меня. Неужели я обрела его или это очередная игра Елецкого? Я не знала, что сказать — просто смотрела в пустоту, крепко сжимая его руку. Словно понимая мое состояние, Игнат вдруг несколько раз провел большим пальцем по моему запястью. А потом прижал наши руки к себе — так, что тыльная сторона моей ладони касалась его бедра.
— Говори, — настойчивее повторил Игнат.
— Он.
