Я смотрела в его глаза и видела в них желание и любовь.
— Точно хочешь? — спросил Игнат хрипло. Он был на грани и едва сдерживался. Я знала это и была благодарна ему за то, каким заботливым он был. И за то, что мой первый раз был здесь, в райском месте, под невероятными звездами и шум прибоя.
— Точно, милый, — отозвалась я, кладя руки ему на поясницу. — Пожалуйста.
— Я буду осторожным, — пообещал Игнат.
Он вошел в меня плавно, продолжая целовать, и вместе с долгожданной наполненностью я почувствовала боль. Не такую острую, о которой рассказывали некоторые мои подружки, утверждая, что это ужасно, скорее тягучую, мягко разливающуюся по низу живота.
Приятную боль. Наверное, Игнат что-то почувствовал, а может быть, я застонала ему в губы, но он остановился, приподнялся на кулаках и спросил, тяжело дыша:
— Больно? Мне перестать?
— Нет, продолжай… Только медленно, ладно?
Игнат смазанно целовал меня в губы. Движения его бедер были аккуратными, неспешными — он давал мне возможность привыкнуть к нему. А когда понял, что боль почти растворилась, ускорился.
Я попыталась расслабиться, отдаваясь ритму, и чувствовала удовольствие не от самого секса, а скорее, от того, что рядом был любимый человек. Не просто рядом — во мне. И он мой, мой, только мой. Я никому его не отдам."
"С моих губ сами собой срывались сдавленные стоны, и я широко распахнутыми глазами смотрела на звезды. Эти звезды были не только на небе — они были во мне. Сверкали, искрили, рассыпались на звездную пыль, наполняя вены. Я сама будто стала звездой, находясь в стальных объятиях Игната.
Когда его мышцы напряглись, а движения стали быстрее, я поняла, что он на пике. Обняла его, целуя в шею, зашептала на ухо глупости, которые не осмелилась бы сказать вслух. Он замер, хрипло дыша, нежно поцеловал в щеку и осторожно вышел из меня. Глаза у него были пьяными.
— Это было охрененно, — проговорил он, пытаясь выровнять дыхание.
— Спасибо, что был нежным, — улыбнулась я.
— У тебя кровь, — хмуро сказал Игнат, доставая из корзины салфетки и вытирая внутреннюю часть моих бедер.
— Прости.
— Брось, мы же оба знали, что так будет, — отозвалась я, прислушиваясь к ощущениям в теле. Низ живота слегка ныл, и ничего больше я не чувствовала. В общем, ничего особенного после потери девственности не изменилось.
— Знаешь, когда после секса твоя девушка в крови, начинаешь чувствовать себя монстром, — усмехнулся Игнат и поцеловал меня в живот. — Но я буду хорошим мальчиком. Обещаю. А теперь пойдем в дом, Яся.
