— Слово? Может, он бабла тебе отвалил? — заржала дочурка Вальзера. — Может, ты боишься его, а? Да вижу, что боишься. Батя всех запугал. И тебя тоже. Не доставишь меня, он тебя за самое дорогое подвесит. И судя по всему, это самое дорогое быстро порвется, тебя не удержит. — Она насмешливо глянула на его пах.
— Не дерзи. Давай лучше по-хорошему. Сказал, что доставлю отцу, значит, доставлю. Вколю тебе кое-что, глазки закроешь, а когда откроешь, уже у него будешь, — пообещал Стас, слыша краем уха громкий голос где-то на первом этаже.
Девица подняла ладони кверху.
— Ладно-ладно. Дядь, так что ты там про его бабло говорил? Батя, значит, при бабле.
Стас хмыкнул. Все-таки заинтересовалась деньгами.
— Это еще слабо сказано, дорог… Владислава. У него столько бабла, что тебе и не снилось. В нем проснулся отцовский долг, так что с большой долей вероятности это бабло может стать твоим, — заговорил он тоном змия-искусителя. Таким тоном он разговаривал с теми своими девочками, которые не хотели выполнять его поручения или хотели свалить.
Если увещевания не помогали, тогда начинал угрожать.
— Ладно, звучит неплохо, — кивнула девушка, явно задумавшись.
Дверь открылась, и в кабинет заглянул помощник Стаса.
— Чего тебе? — поморщился он. — Сказал же без стука не входить.
Помощник постучал в открытую дверь и сказал:
— Станислав Валерьевич, там Лена приехала. Скандалит.
— Пусти меня к нему! Сейчас же! — раздался женский крик. И в комнату буквально влетела Лена, заставив Стаса заулыбаться.
Он знал, что ее муженек в курсе всего. А чего она хотела? Он ведь обещал, что превратит ее жизнь в ад, если она не будет его слушаться.
— Пойдем, поговорим, милая, — хищно улыбнулся он Лене, на которой лица не было. Впервые за много лет Стас видел ее без косметики, и это его рассмешило. Он положил руку на ее талию, но она тотчас сбросила ее.
— Урод, ненавижу тебя! — выкрикнула Лена.
— Тихо, тихо, моя хорошая. Не пугай гостью. Идем. Расскажешь мне, что у тебя случилось.
Хотя я, кажется, догадываюсь, что, — издевательским голосом сказал Стас. — А ты меня здесь подожди, скоро приду, — бросил он Владиславе, не замечая, как задумчиво она поглядывает на окно.
Стас вышел, оставив дочку Вальзера одну, и это была главная его ошибка.
* * *Мама убежала из спальни, а я осталась наедине со своими эмоциями. Смотрела на свою тень, что отражалась на стене, и пыталась понять, что делать. Гнев, боль, страх — все смешалось внутри.
