Запретная нота

 — Датч рассказал мне о Холле. Он бродит вокруг…

— Должно быть, он ищет неприятности. Нам нужно быть быстрее.

— Максимум у нас есть двадцать минут.

Её рука ложится на мою руку. Мягкое, ободряющее прикосновение.

— Я люблю планы. И это хороший план. Но знаешь, что ещё лучше, чем хороший план?

Моя грудь напрягается.

— Мальчики теперь в этом. Они безумны, жестоки и порой пугающи, но они неумолимы. И они на твоей стороне. Несмотря ни на что, мы получим то, за чем пришли.

Я киваю, утешаясь её словами.

Мы выскакиваем из ванной, и я резко останавливаюсь, потому что «The Kings» стоят там, неподвижные и внимательные.

Что-то меняется, когда я наблюдаю за ними сегодня. Обычно мальчики двигаются с какой-то вялой самоуверенностью, словно мир ждёт их и время должно подчиниться их воле.

Сегодня же от их кожи веет энергией.

Высокие. Безжалостные. Таинственные.

Когда я вижу, что они стоят и ждут моего сигнала, во мне бурлит адреналин.

Это совсем другая сила. Неудивительно, что Каденс выглядит такой спокойной и бесстрашной после возвращения со свадьбы.

Я вскидываю подбородок.

— Давайте сделаем это.

Датч и Кейди идут впереди.

Зейн сужает глаза и протягивает руку, поправляя мою маску.

— Я разберусь с Холлом после этого.

Замечаю выпуклость в кармане Зейна и пытаюсь сделать вид, что она меня не волнует.

— Он сделал тебе больно. — Челюсть Зейна сжимается под маской. В его словах бурлит гнев. — Это значит, что он причинил боль нам.

— Просто оставь его в покое.

Губы Зейна искривились в жестокой ухмылке. Я никогда раньше не видела такого кровожадного выражения лица — сырое, яркое, словно катушка, которую годами сматывали, и вот она наконец-то вырвалась на свободу.

— Не вступай в бой, Зейн. — Повторяю я.

Я точно знаю, что он не собирается слушать.

Звук колес, катящихся по земле, прерывает нас.

Оглядываюсь и вижу, как Каденс, Датч, Финн и Сол везут тележки — такие, какие используют официанты в отелях, чтобы разносить еду по номерам.

Белая ткань накинута на передвижной стол. Купола из нержавеющей стали маскируют их назначение.

— Отличная работа. — Говорю я, указывая на тележку.

— Правда? Они выглядят так аутентично.

Датч слегка ухмыляется под своей маской. Ему явно нравится, что его жена развлекается. Затем его улыбка тускнеет, когда он смотрит на часы.