Запретная нота

Та, что посередине, стройная, со светлыми волосами, собранными в замысловатый улей.

Её лицо похоже на лицо человека, переборщившего с ботоксом. Неестественно пухлые губы. Жёсткие скулы. Лоб, который невозможно наморщить, даже если она чихнет.

— Синтия! — Кричит мама в тёплом приветствии.

Синтия не отвечает на приветствие. Её глаза сужаются от отвращения.

— Это я. — Мама выглядит немного ошеломленной. Постукивает себя по груди. — Жена Джарода Кросса.

Мой взгляд переключается на маму, заостряясь. Я заметила, что она больше никогда не представляется по имени.

Каждый раз, когда мы выходим, она называет себя «миссис Кросс» или «жена Джарода Кросса».

Голос Синтии сух. Она не выглядит впечатленной.

Мама выжидательно смотрит на неё. Но чего бы она ни ждала, этого не происходит, потому что Синтия уходит, не сказав больше ни слова.

— Ты за покупками? — Мама идёт за ними. Её голос граничит с отчаянием. — Ты должна была сказать мне. Я бы присоединилась к тебе. — Беззаботный смех срывается с её губ.

 — Вместе ходить по магазинам веселее. Может, в следующий раз мы придём сюда вместе.

Синтия останавливается на месте и бросает холодный взгляд через плечо.

— Спасибо за предложение, но боюсь, что наши вкусы, — она обводит маму взглядом, — не совпадают.

Я нахмуриваю брови, когда Синтия и её приспешники уходят.

На мамином лице появляются кристаллы обиды, но она с улыбкой их стряхивает.

— Грейси, почему бы нам не съесть немного мороженого перед тем, как идти домой?

— У меня пересохло в горле.

Кажется, чай был слишком горячим. — Говорит мама, идя впереди меня.

— Давай сегодня наедимся досыта. Шоколадное мороженое с посыпкой.

Я хватаю её за руку.

Она останавливается.

— Почему ты позволила ей так с тобой разговаривать?

— О, просто Синтия такая.

В моём сердце вспыхивает раздражение. Я не всегда согласна с мамиными решениями — этот внезапный брак с Джародом Кроссом тому пример, — но она не заслуживает того, чтобы с ней обращались как с грязью.

То, что люди смотрят на неё свысока, было вполне ожидаемой частью её работы официантки, но я думаю, что в те времена её уважали больше.

По крайней мере, казалось, что она больше уважала себя.

— Тебе следовало отчитать её. — Шиплю я.

— Они друзья Джарода.

— Ты делаешь все это ради Джарода?

— Нет, я просто… — Она сжимает ремешок своей сумочки. — Грейси, давай больше не будем об этом говорить.

Остаюсь на месте, глядя маме в спину.

Она останавливается и оглядывается через плечо.