Запретный поцелуй

 – Ах, простите, это действительно мой, благодарю вас!

Девушка дождалась, пока на нее перестали смотреть, и осторожно развернула записку на коленях.

«Придумайте какой-нибудь предлог, чтобы выйти, – говорилось в записке. – Я жду вас в холле. Нам надо кое-что обсудить».

Эмили подождала, пока леди Данди отвлеклась, и, шепнув сидящей рядом женщине, что ей надо отлучиться в туалет, выскользнула за дверь. К счастью, никто не обратил на это внимания.

Блэкмор ждал ее в холле, как и обещал. Стоял, прислонившись плечом к стене, глубоко засунув руки в карманы сюртука.

Как бы защищаясь, Эмили плотнее завернулась в кружевную шаль.

Сжав ее руку, он отвел девушку немного в сторону вдоль коридора.

– Нам нужно поговорить. Но не сейчас. Завтра утром я заеду пригласить вас на верховую прогулку, и вы согласитесь поехать со мной, понятно? Найдите способ оставить служанку и леди Данди дома. У нас будет долгая встреча наедине, и вы наконец расскажете мне всю правду.

– Да что вы говорите? Почему вы думаете, что я сделаю это завтра, раз не соглашалась раньше?

Самодовольная улыбка коснулась его губ.

– Потому что теперь мне известно гораздо больше о ваших намерениях. Они ведь касаются Поллока, не правда ли? Если вы не скажете мне правду, я все расскажу Поллоку. – Его улыбка внезапно исчезла. – Это положит конец вашим планам, в чем бы они ни состояли.

Значит, ему удалось многое выяснить? Или это всего лишь предположения? Эмили скрестила руки на груди, пытаясь скрыть дрожь.

– Говорите ему все, что хотите, – решила она сблефовать. – Это не имеет значения. Я не собираюсь кататься с вами верхом и уж тем более не намерена ничего вам рассказывать.

Он раздраженно сжал губы.

– Очень хорошо, утром я поговорю с Поллоком. Но сначала я встречусь с Несфилдом. Я знаю, это он стоит за всем этим. Возможно, он не останется безразличным, когда я сообщу ему, что собираюсь рассказать Поллоку, кто вы такая.

Холодный ужас охватил Эмили. Лорд Несфилд! Если он скажет лорду Несфилду…

– Вы не можете так поступить! Не должны! – отчаянно запротестовала она, отбросив притворное безразличие. – Пожалуйста, Джордан, прошу вас, не делайте этого!

– Почему? Просто скажите мне это, и я буду молчать.

Ей очень хотелось, ах, как ей хотелось рассказать Блэкмору обо всем! Но это совершенно невозможно. Если она скажет ему, что речь идет о Софи, он поймет, что дело касается и Йена.