"Зарубежная фантастика 2024-3". Цикл Люди льда". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

И этот незнакомец был, вопреки всему, Александром Паладином. Эта мысль огнем прожгла ее насквозь.

«С этим человеком я разделю всю мою жизнь», — подумала она.

Эта мысль совершенно сбила ее с толку.

Он взял из вазы с фруктами, стоящей на столе, острый нож. Слегка порезал себе палец, выдавил кровь. В свете свечи кровь казалась черной.

— Подвинься, — сказал он.

Она смущенно отодвинулась. Александр размазал несколько капель крови по простыне, в самой середине постели.

— Посмотри! — восхищенно произнес он. — Утром распространятся слухи о том, что брак между Александром Паладином и девственницей Сесилией свершился!

Она шумно вздохнула.

— Спасибо, Александр! Ты так заботлив!

— Это спасет нас обоих, — улыбнулся он. Сесилия засмеялась.

— Мне кажется, мы провели скучнейшую свадебную ночь!

— Мучительную, я бы сказал! Спасибо за твою дружбу, дорогая Сесилия, и за твое понимание.

— Это помогло тебе рассказывать? Облегчило твою задачу?

— Еще бы! Я чувствую себя очищенным.

— Я тоже. Теперь я понимаю намного больше.

Александр, минуту назад мне показалось, что я совсем не знаю тебя. Я вышла замуж за чужого мужчину, и нам предстоит прожить жизнь в весьма нетрадиционном браке. Но ведь тебя это тоже касается. Тебя это не пугает?

Он внимательно посмотрел на нее в мерцании гаснущих свечей.

— Я думал об этом вчера, но недолго: меня успокоило то, что, находясь именно в таком, как у нас, браке, легче лавировать, чем в других, обычных, случаях. Наш брак построен на внимании и уважении друг к другу, не так ли? В нашем браке исключаются чувственные неурядицы, возникающие в интимной жизни, такие как ревность, страх быть нелюбимым или же такое тесное сожительство, которое исключает возможность жить собственной жизнью.

Ты ведь знаешь, Сесилия, каждый человек имеет право на свой собственный потайной уголок в душе, место, куда всем остальным закрыт вход. Это становится причиной многих семейных раздоров. Люди хотят владеть своим партнером полностью, с головы до пят, не хотят мириться с тем, что у него или у нее есть свои интересы, даже если они и не всегда невинны. Она кивнула.

— Я думаю, что наша дружба много хорошего может нам дать, Александр. Спасибо тебе за твои слова, теперь я чувствую себя спокойнее. Знаешь, я так ужасно боюсь оказаться брошенной!

Он улыбнулся. Его глаза, как это обычно бывало, когда он улыбался, потеплели.

— У тебя нет оснований для страха. То же самое касается и меня. Я бы очень не хотел быть брошенным тобой.