Защитник Империи

— Это да, не может он без этого, — согласился Герт и пожал плечами: — Впрочем, ничего удивительного в этом нет. Помирать всем страшно. А чем дольше служишь в «Магнусе», тем ясней становится, что смерть обмануть не удастся и скоро она придет за тобой. Вот и начинает у нас народ потихоньку кто за воротник закладывать, кто на дурь подсаживаться.

— Так запретили бы отцы-командиры — и никаких проблем, — недоуменно посмотрел я на своего собеседника.

— Да бесполезно это, — с досадой махнул рукой Большой. — Пробовали, запрещали.

— Джек вчера тоже целую бутыль вина к себе в номер утащил, — грустно вздохнули близняшки. — Досталось ему.

— Однако… — крепко призадумался я. И спустя некоторое время вымолвил: — Странно все это. Работа у нас, конечно, опасная и все такое… Но ведь надежда есть, а это должно хоть как-то поддерживать.

— Должно, — кивнул Большой и покрутил перед собой руками, изображая непонятную фигуру: — Да только шанс-то этот наш… Такой эфемерный…

— На сегодняшний день известно лишь об одном случае беспримерной храбрости бойцов «Магнуса», — уведомили меня близняшки.

— Угу, — подтвердил Герт. — Так и есть. Можно сказать, повезло четверке. Если забыть о том, что из всего подразделения в живых остался лишь их маг.

Я подумал чуток и вздохнул:

— Весело, ничего не скажешь. Однако, по-моему, все, кроме, пожалуй, Героя, знали, на что шли. Ибо иной вариант в виде позорной смерти на плахе или пожизненной каторги — еще хуже.

— Все так, — не стал спорить Большой. — Только смириться с этим не у всех получается… И ломаются люди.

— Пройдоха, стало быть, уже на краю? — внимательно посмотрел я на Герта. — И рано или поздно сорвется?

— Ну да, — подтвердил мои выводы собрат по оружию. — Оно ведь как выходит — чем больше допущенных ошибок твою мятежную душу гнетет, тем ближе точка срыва. А Пройдоха столько всего натворил…

— Просто нельзя сомневаться в том, что все будет хорошо, иначе станет очень плохо, — глубокомысленно заметили девушки.

Я покосился на них. И хмыкнул про себя. Вот уж кого, похоже, ничто не гнетет. Впрочем, такая удивительная безмятежность и спокойное отношение к смерти — скорее всего заслуга вывертов их пострадавшего от слияния сознания. Ведут себя как дети, честное слово.

— Значит, старых долгов на Пройдохе — как блох на бродячей собаке? — вернулся я к заинтересовавшему меня моменту.