— Не надо, — еле слышно произношу я, приподнимаясь на локтях.
— Я сам решу, что надо. Я руковожу прутиком, — подмигивает, при этом улыбаясь.
И мне так становится хорошо от этой мальчишеской улыбки, что я забываю о том, насколько этот процесс интимный. Кажется, даже классический секс не настолько открытый. Шумно втягиваю воздух, когда Богдан заменяет пальцы языком. Комкаю в руках простыню, ерзая на ней как юла. А он все кружит языком, лаская клитор. Слишком. Это все слишком хорошо. Так хорошо, что с трудом верится в происходящее.
Я окончательно потеряла счет времени. Разум уплыл в неизвестном направлении от сосредоточившегося внизу живота острого наслаждения.
Онемевшие пальцы окончательно лишили меня рассудка, но в следующее мгновение меня пронзает острая боль внизу живота. Дыхание перехватывает, и я моментально забываю о былых приятных ощущениях. Вот тебе и… анаконда. Открываю глаза, всматриваясь в нависшего надо мной Богдана. Кусаю до боли губу, дабы немного отвлечься от распирающего чувства внизу живота.
— Потерпи, — шепнул мне в уголок рта и тут же ласково прошелся губами по моим.
Забавно, он только что ласкал ими меня там, а сейчас целует в губы. Однако брезгливости к этому у меня нет. Закидываю руки ему на плечи и пытаюсь привыкнуть к болезненному чувству наполненности. Тоже мне неженка, я же хотела этого. Вот он мой Лукьянов! Во мне, блин. Мой.
— Все, все, продолжай, — киваю, закрыв глаза.
Пытаюсь абстрагироваться и как только немного расслабляюсь, Лукьянов начинает плавно двигаться во мне.
Ничего приятного в его движениях для меня нет, да я и не ждала этого. По-прежнему больно. Но, черт возьми, как же приятно ощущать на себе тяжесть его тела. Чувствовать под ладонями его напряженные мышцы.
Постепенно я привыкаю к чувству наполненности и болезненные ощущения отступают. Мне становится нестерпимо жарко, когда Богдан меняет темп. Его толчки становятся быстрее, глубже. Пытаюсь подстроиться под его движения, обхватив ногами.
В какой-то момент мне показалось, что у меня получается попадать с ним в такт. И только я подумал о том, что мне становится, несомненно, лучше, как Богдан замер, кончая в меня.
Открываю глаза, когда вновь чувствую на своих губах его горячее дыхание и поцелуй сначала в уголок рта, затем в губы. И все-таки это приятно, ощущать в себе того, в кого ты по уши влюблена. Улыбаюсь как дурочка, смотря на то, как он перекатывается на бок.
