Заставь меня остановиться

Как, блин, собраться и хотя бы выглядеть увереннее?

— О, ты тут. А я тебя везде ищу. Трубку не берешь, — перевожу взгляд на Юсупова и меня накрывает волной злости. — Ты как?

— Прекрасно, — зло бросаю я. — Если бы мне кто-то еще не подсыпал что-то в напиток, вообще было бы круто.

— Ань, да никто тебе ничего не подсыпал. Ты на меня, что ли, думаешь? Это тебе Богдан сказал?

— Нет. Сама догадалась.

— Что за бред? На кой черт мне это надо?

— Понятия не имею. На мне были чулки. Куда они делись, ты не подскажешь?

— Мне откуда знать? Тебя Богдан раздевал, а не я.

— Он их не снимал.

— Тебе-то откуда знать?! Ты в отрубоне была.

— Я знаю, что это не он. Вопрос, кому понадобились мои чулки, остается открытым. Как и то, что ты, зная, что со мной случилось, мог бы и поинтересоваться потом моим самочувствием. Однако, не срослось.

— Меня Богдан в дом не пустил.

— Ой, бедненький какой. Где ночевал?

— Ты мне не веришь?

— Нет, — грубо произношу я, а сама смотрю на Юсупова и млею от его глаз.

Блин, как избавиться от этого?

— Он меня правда не пустил после того, как я вернулся через час домой. Это в отместку за то, что я позвал гостей. Принципиальная сволочь. Так с самого детства было.

— С самого детства?

— Ну да. Если что-то не по его сценарию — всем капец. Он не должен был ночевать дома, не знаю, чего приперся. Но что есть, то есть.

— А как давно ты с ним живешь?

— С детства. Не помню точно. Лет с шести.

— С шести… а кем он тебе приходится?

— Братом. Ты только, пожалуйста, не распространяйся об этом.

Вчера из наших на Богдана, слава Богу, никто не обратил внимания. Он категорически против афиширования нашего родства.

— Брат?! Троюродный?

— Почему троюродный? Родной. Ну, по матери.

Офигеть! Ну не мог какого-нибудь другого брата найти?!

Глава 9

И пусть у обоих братьев разные отцы, я в полной мере осознала, что Егор действительно брат Лукьянова. Взгляд у них у обоих такой, что становится не по себе. Просто раньше Егор на меня не смотрел, вот и не было возможности это на себе прочувствовать.

И вроде бы ничего такого он не делает, более того, Юсупов как бы занят не разглядыванием меня, а совершено другим делом — он бесцеремонно лазит по шкафу в поисках сладкого. Но фишка в том, что так или иначе я чувствую на себе его косые взгляды. Бесит до трясучки чувство того, что все это неспроста. Почему раньше он не обращал на меня внимания? Да и бесцеремонность, с которой он лазит по чужим вещам — раздражает.