Затерянный город, или Каждому свое

Хорошо Багдран сформулировал главные выводы нашей беседы, сооружая и для себя чудную легенду прикрытия. Мол, он ни словом не проговорился о внутрисемейных тайнах, и вся инициатива на разрыв отношений с любовницей исходила от меня.

Так что мне оставалось лишь утвердительно кивнуть. И более уважительно присмотреться к парню: у него не только руки золотые, он и на дипломатическом поприще может сделать карьеру. Тут же припомнился и спор младших в квартете, вроде как нелепый, но все-таки убравший Цилхи из моих объятий.

Облом-с, получается? И с ним следовало разобраться в чисто профилактических целях. Как-то в последнее время я привык, что отказа от женского пола не случалось. И если первую в ином мире красавицу Мансану я убалтывал долго и страстно, то все иные мои партнерши по сексу оказывались в моих объятиях, словно так и надо. Вот я и разбаловался – зажрался, как говорится. А тут вдруг сразу две испытавшие мои ласки девчонки отказываются от меня в категорической форме.

С одной стороны, я вроде за ними не увивался, даже против был неожиданных отношений. Но одно дело – когда сам пресекаешь подобное, а другое – когда тебя отшвыривают, как нашкодившего котенка. Да еще при этом обвиняя в диктате, устрашении и чуть ли не изнасиловании. За вурдалака меня принимают или как? Обидно-с! Так и до развития комплекса неполноценности недалеко.

Хорошо еще, что мрачные мысли отталкивались на задний план суровой действительностью и необходимостью посматривать по сторонам в оба глаза.

А там и начало нашей канатки взору открылось. Действительность ничем не оправдала моих реальных и фантастических предположений. Ни муравьи мясо не выели, ни само мясо в единое тело срастаться не начало. Как мы тут вчера бой завершили, так все и оставалось нетронутым. Разве что все зеленое, живое, оказавшееся забрызганным кровью бирчуни почернело и отмерло. Даже обычный довольно неприхотливый мох выгорел, превращаясь в затвердевший пепел.

– Нет, такое мясо есть нельзя, – решил мой сопровождающий, присматриваясь к оголившимся срезам внутренностей. – Лучше к нему вообще не притрагиваться.

– Все равно странно, – оспорил я в ответ, пытаясь топором прорубить участок шкуры монстра. – Мои умения никакого яда не обнаруживают… Смотри-ка! И шкуру не могу прорубить! – Полный размах со всей удалью молодецкой тоже ничего не давал, только лезвие тупилось.