Затерянный город, или Каждому свое

Леня, убравший подпорки изнутри, говорил при этом по срочно надетой маске:

– Извини! Не думал, что ты так скоро… Да и у нас тут маленькая семейная свара…

– «Карапузы» настаивают, чтобы я уже сегодня произнес ритуальную фразу, после которой официально признается мое супружество с Эулей.

– Оп-па! Шустро они за тебя взялись. А почему сразу не с двумя?

– Боятся спугнуть! – Хоть друг и посмеивался, будучи уверен в приватности нашей беседы, мною легко улавливалась досада в его тоне. Да и какой мужчина станет безропотно соглашаться с покушением на свою личную свободу? – Пока Цилхи делает вид, что полностью на моей стороне и про женитьбу говорит с сочувствием, мол, иначе просто нельзя.

– Уф! Хорошо, что меня сия доля семейного счастья миновала. Еще и этот… Он ваши крики подслушивал, гад!

Заходить внутрь помещения я не спешил, указывая рукой на тело лежащего на каменных плитках имитатора. Присмотревшийся Найденов удивился:

– Как сюда этот зверек попал? И неужели понимал наши разговоры?

– Видимо, проскользнул меж коряг и лесин.

– Точно? Сразу рвать ему когти или прижигать хвост? – судя по тону, мой друг вообще не собирался прикасаться к обитателю леса. Но в рассуждениях пошел дальше меня: – С чего ты взял, что он сюда попал через пролом? А если сумел открыть плиту в конце тоннеля?

– Не он лично, естественно.

Сомнительно, но зерно истины и в таком варианте имелось. В любом случае следовало пробежаться в конец подземного хода и там глянуть одним глазком. Вот я и решил сбегать, попросив товарища:

– Но ты его все-таки свяжи, пока он кусаться не начал.

Начинал движение, понимая, что мы перестраховываемся. Но уже за первым поворотом напрягся и насторожился. Сквозняка не было, но воздух явно посвежел. А после второго поворота и рассмотрел прекрасно, что небольшой тамбур финальной части освещается снаружи сумеречным светом быстро наступающего вечера.

Вначале подумал: «Кто-то пробрался по тоннелю и приподнял плиту изнутри… Уж не тот ли самый пройдоха, который украл голову бирчуни с кострища? – но, аккуратно приблизившись к выходу, еле слышно присвистнул от изумления: – Еловая жизнь! Все-таки тираннозавры?!.»

Тяжеленную каменную плиту вырвали снаружи вместе с механическим устройством подъема.