Зацепить 13-го

Конечно, ведь просто разбить ей голову было недостаточно.

И вот я просто сидел — ее голова лежала у меня на коленях, щекой она уткнулась в мой член — и молил Бога, чтобы дал мне сил не откликаться на ощущения, нараставшие внутри, и не допустить эрекции.

Помимо очевидной неуместности такого чудовищного положения мой член был травмирован.

Точнее, не столько член, сколько область вокруг него, но эрекция могла окончиться потерей сознания, и я бы отрубился рядом с этой девчонкой.

Но тут она заскулила, я опять заволновался, и катастрофы не случилось.

А моя рука как будто жила своей жизнью — я и не заметил, как она потянулась к девчонкиному лицу.

— Все хорошо, — приговаривал я, отгоняя тревогу: потребность нянчиться с этой девицей рождала во мне что-то в равной степени неведомое и пугающее. — Тсс, все хорошо.

Я убрал ее волосы с щеки, зацепив темно-каштановые прядки за ухо, и снова стал гладить по ушибленной голове.

Там, где мяч соприкоснулся с черепом, вылезла внушительная шишка. Это место я гладил кончиками пальцев, едва дотрагиваясь.

— Ммм, — выдохнула она. — Так… хорошо.

— Хорошо, — вслед за нею облегченно промямлил я и продолжил гладить.

Глаза наткнулись на тонкий шрам в верхней части виска, у самых волос.

Не подумав о том, что делаю, я провел пальцем по шраму длиною в дюйм и спросил:

— Вот об этом. — Снова провел пальцем по старой отметине. — Откуда шрам?

— Отец, — ответила она и тяжело вздохнула.

Мозг осознал, насколько трешовым был ее ответ, — и моя рука замерла.

Когда она не отозвалась, я другой рукой осторожно потряс ее за плечо:

Кончиком пальца постучал по шраму.

— Хочешь сказать, это отец с тобой сделал?

Я старался говорить спокойно, но внутри все бурлило от вспыхнувшей потребности калечить и убивать таких отморозков.

— Нет-нет-нет, — прошептала она.

— Значит, шрам — не его рук дело? — спросил я, чтобы убедиться. — Он точно этого не делал?

— Ну конечно нет, — пробормотала она.

Я выдохнул и только сейчас понял, что все это время задерживал дыхание.

— Меня зовут Джонни.

— Ты злишься на меня?

— Что? — Вопрос, заданный тихим голосом, ранил меня. Я смотрел на нее, и внутри все сводило от желания защитить эту девчонку. — Нет, не злюсь. — Я сделал паузу. Перестал ее касаться. Потом спросил: — А ты злишься на меня?

— Думаю, да, — ответила она и снова заелозила щекой.

Я выкатил глаза и едва удержался от стона.

— Не делай так, — выпалил я, стараясь удержать ее голову на месте.