Зацепить 13-го

Я был не в том настроении, чтобы слушать подробности.

— Что? — спросила она, недоуменно глядя на меня.

— Как долго я находился в отрубе?

Она взглянула на часы.

— Сейчас без четверти двенадцать. Значит, почти шесть часов.

— Нет, — замотал головой я и зарычал от досады. — Сколько всего времени прошло?

— Я тебя не понимаю, — призналась она.

— Сколько времени прошло после травмы? — прошипел я, впиваясь в одеяло.

Отчаяние и опустошение — других ощущений внутри не было.

— Джонни, это не имеет значения.

— Нет, Шаннон, имеет. — Голос мой надломился. — Для меня имеет.

Она просто смотрела на меня большими глазами, полными страха, тревоги и сочувствия.

Во всяком случае, сейчас.

Я не хотел, чтобы она видела, как я разваливаюсь на куски.

— Можешь передать мне эту штуку? — спросил я, указывая на планшет, прикрепленный к передней стенке кровати. — Я должен посмотреть, что они там написали.

Шаннон теребила губу, нервно поглядывая на планшет.

— Джонни, может, лучше дождаться прихода врача и…

— Я должен посмотреть, — выдавил я.

Шаннон вздрогнула, а мне стало еще паршивее.

— Ну пожалуйста, — тяжело вздыхая, попросил я. — Дай мне планшет.

Она молча сняла и подала его мне.

Шаннон опустила голову и шмыгнула носом. А может, всхлипнула.

— Можешь позвать моего отца? — попросил я, отчаянно стараясь не дать волю эмоциям.

Она посмотрела на меня — такая одинокая и сокрушенная.

— Если ты так хочешь…

Я кивнул, удержавшись, чтобы не застонать.

— А к-как насчет твоей мамы?

— Ну хорошо, — прошептала Шаннон, неуверенно глядя на дверь палаты.

Я затаил дыхание, отчаянно стараясь не сорваться при ней.

— Так я пойду, — сказала она, но ее слова были больше похожи на вопрос.

Я сухо кивнул, борясь с желанием умолять ее остаться, обнять меня и дать обещания, которые никто из нас не сможет сдержать.

Она не могла ничего исправить в моем нынешнем состоянии, и я боялся потерять больше, чем уже потерял.

Я знал, какая она хрупкая, и не хотел ее пугать.

Если я это сделаю, если она увидит мою неприглядную сторону, увидит слабость во мне, я потеряю и ее.

А ее я никак не мог потерять.

С колотящимся сердцем я смотрел, как она открыла дверь и замерла на пороге.

— Пока, Джонни, — прошептала она, в последний раз взглянув на меня.

Я сглотнул и еле выдавил:

Я дождался, пока за ней закроется дверь, сдернул одеяло и стал оценивать ущерб.