Завещание рождественской утки

15 декабря. 10.00» и в полной панике снова обращается к Коткиной, умоляет:

– Давай проведем вместе сегодняшний вечер и ночь.

Люся откровенно посылает пиар-директора по известному адресу и дико злится, когда днем четырнадцатого видит Филиппову в «Элефанте» – та весела, прекрасно одета… Но это внешняя оболочка, а в душе у Веры поселился ужас. Не получив поддержки от Коткиной, она опять звонит Пиратино, обещает ему отдать компромат, даже рассказывает, где оборудован тайник, и очень надеется, что следователь примчится к ней вечером.

Филиппова нутром чувствует: ей грозит опасность, завтра наступит пятнадцатое декабря, о котором написано в странной записке, а ей-то хорошо известно, что случилось много лет назад в этот день в десять утра! Но Валерий отказывается от приглашения, ему нужно идти на день рождения тещи. И тогда Вера зазывает к себе Арину Виолову. Писательница приезжает как раз в тот момент, когда Павел уносит свою жертву.

Никто не захотел помочь Вере, ни один человек. Ей не поверили в детстве, не поверили и сейчас…

– Когда Павел приехал второй раз, Вера его чуть не поймала, – перебил меня Олег.

 – Он шел от дороги, приблизился к дому, посмотрел в окно, желая удостовериться, что в гостиной никого нет, и его увидела Вера. Стояла ночь, место безлюдное, вот Павел и стянул мешающий шлем-маску. Филиппова закричала, преступник убежал, по дороге разбив банки Гуляевых. Ну а четырнадцатого декабря в полдевятого вечера он спрятался на кухне, в нише неподалеку от холодильника, приглядев место для засады заранее. Филиппова вошла, зажгла плиту, поставила на нее кастрюльку с сосисками, достала овощи, и тут из укрытия вышло чудовище. Вера лишилась чувств, Павел схватил ее и понес через заднюю дверь – так ему было ближе к машине.

– Эй, а кто его возил? – только сейчас догадалась спросить я.

Куприн опять направился к чайнику.

– Переводчик сам сидел за рулем.

– Не может быть! – подпрыгнула я. – Неужели он сдал на права? Он же прячется от людей!

Олег прислонился спиной к подоконнику.

– Уметь рулить и иметь разрешение на вождение – разные вещи. Петр Олегович научил и родного, и приемного сына управлять автомобилем. Павел выезжал поздно вечером, тщательно соблюдал правила, его ни разу не остановили гаишники.

– Иосиф давал брату свою малолитражку? – спросила я.

Куприн потряс пустой коробкой из-под пакетиков с заваркой.

– Нет, Павел пользовался автомобилем Евгении Львовны, его после ее смерти братья не продали.

Я встала и тоже подошла к окну.