Завгар #2 - Конец академии

Не прощаясь, наёмницы развернулись, быстрым шагом скрываясь за поворотом аллеи, а Гиржовская, проводив их взглядом, нахмурилась и пробормотала:

— И откуда же ты, Петя, такой взялся? И на русском говорил, и наёмниц не испугался. Имя, кстати, если правильно помню, выбрал сам. А это — уже зацепка…

Вернувшись в наспех отстроенную усадьбу, Мирослава немедленно вызвала помощницу.

— Ася, быстро мне список пропавших мальчиков из благородных родов в возрасте от шестнадцати до двадцати двух… нет, двадцати четырёх лет.

— Пропавших когда? — уточнила девушка, помечая у себя в планшете.

— Бери максимально, за последние лет пятнадцать.

Помощница тут же умчалась к себе, а Гиржовская принялась в очередной раз анализировать факты.

То, что Пётр свободно разговаривал на русском, значило только одно: его похитили где-то в империи. Пятнадцать лет она взяла, конечно, с очень большим запасом. Проживи парень за границей столь долго, даже без базового внедрения местного языка уже и бы акцент заимел, и разговаривал бы не так бойко.

Но на всякий случай зону поиска нужно делать максимально широкой, потому как исключения из общего правила бывали всегда, а Иванов являлся сборищем подобных исключений. Одни его познания в сексуальных практиках, да ещё таких нетрадиционных, что смогли удовлетворить даже её, чего только значили.

Однозначно парень не был и простолюдином. Эти перед женщинами с оружием явно испытывали бы как минимум боязливую настороженность, если не неприкрытый страх.

Спокойно в этой ситуации мог вести себя тот, кто привык к окружению охраны и своему привилегированному положению. А значит, сын кого-то из благородных. Имя «Пётр» давало зацепку, но, опять же, весьма косвенную, его он мог выбрать из каких-то других соображений.

Сильно настораживало, конечно, что он упорно хранил эти знания в секрете, не рассказав никому, даже боярыне. Впрочем, возможно, могла действительно иметь место потеря памяти, вызванная, например, магическим путём.

И тем не менее, почему-то он упорно что-то скрывал.

А может, он всё-таки засланный казачок?

Мирослава опять обдумала эту мысль, но со вздохом от неё отказалась. Его поведение с наёмницами — это же полный профессиональный провал. Нет, тут что-то другое.

Почти час понадобился помощнице, чтобы сделать выборку, после чего на стол Гиржовской лёг на две трети заполненный фамилиями лист.

— Спасибо, — кивнула женщина и принялась внимательно список изучать.