Зависимая

Девушка горестно застонала и спустилась спиной по двери, садясь на пол.

– Не надо, пожалуйста, прошу тебя, не надо! Отпусти меня, – взмолилась она, уткнувшись лицом в согнутые колени, рыдая навзрыд.

Еще час назад, имея перед собой выбор, она осталась, поверив словам Даяна. Еще тогда она не сомневалась, что сразу же упадет в его руки и согласится на все, что бы он ни предложил. Но почему же сейчас, наконец стоя перед ним, она вновь просит свободу?

– Не могу. Разве ты не видишь? Не могу! – его голос задрожал от сдерживаемого гнева и накала эмоций.

Девил резко кинулся к ней, присел рядом. Он развел ее руки и, сжав подбородок, заставил посмотреть на него.

Алекс вздрогнула от контакта его кожи с ее, от тепла, которое сразу же побежало по ее телу. Ничего не изменилось за эти дни. Ее реакция на этого мужчину, наоборот, стала еще сильнее. Низ живота сразу же заныл от пустоты.

Он был так близко. Так невероятно близко и в то же время так далеко. И это расстояние позволило ей наконец рассмотреть каждую черточку его напряженного лица.

Ее глаза немного расширились, когда она увидела то, что раньше закрывала пелена слез и отчаяния. Его лицо осунулось и посерело, словно всемирная усталость навалилась на этого мужчину, небольшие круги под глазами выдавали бессонные ночи, а расширенные зрачки и слегка уловимый запах говорили о недавнем употреблении алкоголя. Легкая щетина придавала ему еще большей жесткости, а бьющаяся на шее жилка показывала, как напряжен он был в этот момент. Ей захотелось поднять руку и коснуться его лица, но она так и не нашла в себе силы это сделать, не решаясь еще разбить возведенную страхом и болью стену отчуждения.

– Я пытался, как мог. Сдерживался из последних сил. Но я не могу без тебя. Не могу просто трахнуть другую женщину, даже не хочу. Ты сделала меня импотентом, потому что у меня теперь встает только на тебя. Но, кроме этого, я не могу уснуть, не чувствуя под своими руками твое податливое тело и исходящее от него тепло. Не могу работать, не думая, где и с кем ты.

Ты говоришь, что зависима? Утонув в своем психоанализе, ты не увидела, во что превратила меня.

Алекс закусила нижнюю губу, шокированная его словами. Разве мог этот властный, жестокий мужчина произнести их? Разве мог он признать так открыто свои чувства? Она затрясла головой, хватаясь за свой страх, как за спасательный круг, ведь он был единственным, во что она сейчас могла верить.

– Мать твою! – заорал Девил, вскакивая на ноги.