Зависимая

Самая счастливая минута в ее жизни, которую страх разбил на кусочки, злорадно смеясь ее глупости, крича: «Беги, пока есть шанс выжить, или умри…» Это было слишком. Слишком заманчиво, чтобы быть правдой. Слишком красиво, чтобы поверить. Его прошлые слова всплыли в мыслях, подпитывая страх и неверие: «Ты моя. Моя любовница, моя игрушка, моя рабыня. Свое не отпускаю». И она понимала, что ради этого чувства собственности он пойдет на все.

Вдруг легкость покинула Девила, тело напряглось от ожидания реакции единственной женщины, которая пробилась через клетку его холода, затронув то, что он считал мертвым.

Мужчина нашел ее глаза, хотя она старалась их отвести, и понял, что проиграл. Вместо ожидаемой нежности, радости, страсти и любви в них стоял ужас. Ее губы дрожали, и веки медленно опустились, пряча от него выражение ее глаз.

– Нет, нет, нет… – шептала она. – Ты ни перед чем не остановишься, добиваясь своего. Если душа не поддается, ты будешь медленно убивать ее, забирая по кусочкам.

Разве ты не видишь, что добился своего? Я уже мертва! Сколько можно? Оставь меня в покое.

Глава 23. Чувствуя тебя

Одно слово, словно приговор, упало на нее. И все. Он развернулся и вышел из квартиры. Секунду она не верила происходящему, секунду пыталась принять это, в то время как ее рука поднялась к горлу, сжимая его. Крик отчаяния, разрывающий душу, вырвался наружу, глаза затуманили предательские слезы, и она забилась в конвульсиях боли.

И вот Алекс срывается с места, выбегает из квартиры и отчаянно мчится по лестнице вниз.

Ее ноги подворачиваются, руки цепляются за перила, стараясь удержать равновесие, а тело все равно летит вперед. Она слышат стук его туфель на первом этаже, сердце пропускает удар. Девушка выскакивает на улицу, тяжело дыша. Он стоит, опершись руками о машину, готовый открыть дверь и, признавая свое поражение, умчаться прочь. Его голова поднимается, и он, резко оторвавшись от холодного металла, идет ей навстречу.

Глаза неотрывно следят за ней, словно не веря, что она сейчас стоит перед ним. Но вот руки медленно раскрываются, приглашая к себе, и девушка кидается в такие желаемые объятия. Он стискивает ее до боли, как будто пытается растворить в себе. Губы проходятся по щеке, собирая солоноватую влагу, ища ее уста. В горячей жажде он сминает их в грубом поцелуе, причиняя боль. Но разве ее это волнует?

Ее руки мнут его рубашку, впиваясь в него ногтями.