Зажечь небеса

– Это правда. Слишком много…

– Знаю, страшно вот так рисковать нашей дружбой, но сейчас я чувствую… мне трудно это описать, но мне кажется, что сейчас мы именно там, где должны быть. Ты тоже это чувствуешь?

– Да, я тоже. Здесь и больше нигде.

– Давай пока остановимся на этом. Хорошо? – Она провела по моей скуле кончиком пальца. – Это такой идеальный момент.

Она медленно поцеловала меня, потом положила голову мне на грудь, уткнувшись затылком мне в подбородок. Мы обнимали друг друга, а дождь тихо барабанил по машине, и кругом царила темная ночь.

Я закрыл глаза и крепче прижал ее к себе. Наконец-то она в моих объятиях, и я боялся ее отпускать.

Глава двадцать шестая

Я сидела, повернувшись к иллюминатору, и держала дневник так, чтобы Уэстон не видел, что я пишу.

Большую часть четырехчасового перелета до Бостона Уэстон сидел с закрытыми глазами, откинув голову на спинку кресла. Прошлой ночью он не спал, и я подозревала, что поездка порядком его измотала.

Мы приземлились и вышли из самолета. На этот раз авиакомпания не потеряла кресло Уэстона, но мне всё равно не нравилось, что ему приходится сдавать свое средство передвижения в багаж. Я поклялась сделать всё возможное, чтобы мой проект помог исправить эту несправедливость.

Боже, мой проект. Меня распирало воодушевление. Новая цель глубоко запала мне в душу. Я посмотрела на Уэстона, ехавшего рядом со мной по телескопическому трапу.

Пока мы ждали машину, которая должна была отвезти нас на вокзал, Уэстон потянул меня за руку и усадил к себе на колени – мне ужасно нравилось, как ловко и стремительно он проделывал этот маневр.

– Ты такая красивая, – сказал он, но на его лице отражалась едва ли не боль. – Как же ты прекрасна.

Я погладила его по голове.

– Как же я счастлива.

Уэстон не ответил. В его океанских глазах промелькнуло нечто странное, и это нельзя было объяснить простой усталостью.

– Всё хорошо? Знаю, ты мало спал…

Он закрыл мне рот поцелуем, совершенно лишив дыхания.

– Такси приехало, – тихо пробормотал он. – Пора ехать.

Мы сели на поезд до Амхерста, а затем отправились к дому Уэстона.

– Мне нужно зайти в пекарню, – сказала я. – Если я не получу зарплату, у меня будут проблемы с большой буквы П. Может, позже мы могли бы… – «Заняться всякими неприличными вещами». – Встретиться?

– Ага, – тихо проговорил Уэстон, потом добавил громче: – Да.