Зажечь небеса

Мне нужно, чтобы ты зашла. Я приготовлю тебе ужин, а потом мы сможем поговорить.

Я хотела было поддразнить его, спросив, не является ли слово «поговорить» паролем, означающим «раздеться», но меня остановила тревога в его глазах. Возможно, он нервничает, боясь, что его тело подведет его, если дело дойдет до секса? Мне хотелось сказать ему, что мне неважно, что случится и как, что мне просто хочется быть рядом с ним, даже если мы просто будем лежать рядом в постели и просто целоваться всю ночь напролет.

Но, сказав это, я, вероятно, смутила бы Уэстона еще больше.

Я наклонилась и поцеловала его.

– Я заеду в пекарню, потом заскочу домой и приму душ. Вернусь к пяти, хорошо?

– Что-нибудь принести?

– Нет. – Он сжал мое лицо в ладонях, погладил щеки большими пальцами. В его глазах я видела тысячи несказанных слов. – Скоро увидимся.

Я снова его поцеловала.

По дороге в «Белый султан» я запоздало сообразила, что мой мобильный всё еще в режиме «в самолете», и поспешила переключиться на обычный режим. На экране появилось сообщение от Руби, отправленное несколько часов назад.

Привет, подруга. Направляюсь домой, останусь ненадолго. Скоро увидимся, целую.

Я улыбнулась от уха до уха и запихнула телефон обратно в сумку. Как же давно я не видела лучшую подругу. Я очень по ней скучала, и редкие сообщения вкупе с натянутыми телефонными разговорами не улучшали положение.

«Нам с ней нужно как следует поговорить и устроить девичник, после чего наша дружба снова войдет в прежнюю колею».

В пекарне Эдмон потчевал толпы посетителей оперными ариями – было воскресенье, и народ спешил закупиться свежей выпечкой, – а Фил метался от прилавка к кассе, принимая и выдавая заказы. Уже не в первый раз я задалась вопросом: почему Эдмон с его красивым баритоном не стал оперным певцом, выбрав вместо этого профессию пекаря?

Очередная ария закончилась, и посетители разразились аплодисментами.

– Да, хорошо, – согласилась я. Похоже, широкая улыбка намертво приклеилась к моему лицу. – Всё очень хорошо.

Эдмон внимательно посмотрел на меня, его большие темные глаза округлились, а потом он обеими руками схватился за сердце.

– О, моя дорогая девочка. Неужели моя задумчивая девочка и мой тихий молодой человек?.. Это правда?

Я кивнула и на секунду крепко зажмурилась.

– Эдмон, не заставляйте меня плакать.