Зажигая пламя

Захар либо на работе, либо где-то еще. Я нужна ему лишь как красивая картинка рядом, не больше.

– Зачем тогда… – осекаюсь я.

– Зачем я вышла за него замуж? – договаривает Юлиана за меня. – Потому что я его люблю. Он мне дорог. Вообще-то он очень обаятельный и даже сексуальный. – Она вновь делает глоток сока, отводя взгляд, и беззаботно пожимает плечами. – Или, может, я таким образом просто пытаюсь привлечь его внимание.

Звучит все как-то очень безрадостно. И выглядит нелицеприятно. Я уже жалею, что начала этот разговор.

Выражение лица сестры смягчается. Она расслабленно откидывается на спинку удобного диванчика, на котором мы устроились.

– Нет у Егора никакого компромата. Он просто считает, что я изменяю его отцу, но доказательств у него нет, поэтому расслабься.

Однако я не могу расслабиться, потому что меня не отпускает ощущение, что Юлиана гуляет по очень тонкому льду. Поймав мой напряженный взгляд, она качает головой.

– Нет, правда. Не думай об этом. Давай лучше позавтракаем, наденем купальники и пойдем к бассейну.

Подавив внутренние противоречия, киваю:

Нет, пожалуй, я и недели тут не продержусь.

Просыпаюсь от вибрации где-то под бедром. Отодвигаюсь в сторону, сажусь на кровати и тру глаза. Вибрирует телефон. Ее телефон.

На экране – фото того парня. Ее парня. И подпись: «Тимофей».

Кончики пальцев начинает покалывать от того, как сильно хочется ответить на чертов вызов. Хотя… Никто не может помешать мне сделать это, верно?

С садистским предвкушением провожу пальцем по экрану и прижимаю трубку к уху.

На том конце провода тишина, видимо, от шока.

– Что-то я не въехал… – произносит парень. – Ты кто? Где Алина?

Меня почти сразу взрывает от его тона. Понятно, будь я на его месте, то уже мчал бы к своей девчонке, а заодно и к тому, кто отвечает по ее телефону. Но со мной так разговаривать не сто́ит…

– А-а-а… Тебе Алина нужна? – говорю издевательским тоном. – Хм… А ее сейчас нет рядом. Ночью забыла у меня телефон. Но я, конечно, передам, что ты звонил, когда она вернется ко мне следующей ночью.

– Ты охренел?! Ты кто такой?! – рычит парнишка в трубку.

Проглотив рвущиеся из глотки ругательства, небрежно бросаю:

– Лучше тебе не знать, кто я такой.

После чего отключаюсь и жму на боковую кнопку, выключая телефон совсем. Пусть парень немного подергается.

Полегчало ли мне? Да, немного. Но внутри все равно что-то кипит от этого короткого диалога. И чертово имя «Тимофей» ядом разливается внутри.