Зажигая пламя

– Егор, – деловито начинает Алина, – для начала отпусти мою руку.

– Давай дальше. Что еще тебе нужно? – Потому что руку я отпускать не намерен.

Она такая маленькая, нежная, хрупкая…

– Я хочу поговорить о случившемся, но… Все, о чем я спрашиваю, оказывается для тебя больной темой, – продолжает девчонка.

Резко вжимаю тормоз, останавливая тачку возле въезда в поселок. Отпускаю руку девушки и выбираюсь из «бэхи». Алина выскакивает следом.

Меня трясет… В ярости пинаю по колесам.

Вашу мать! Больные темы, да?! Да что она вообще знает обо мне?!

– Да что такого я сказала?! – кричит девчонка.

Резко развернувшись к ней, выпаливаю:

– Я подумал, что это моя мать, потому что последний раз, когда я ее видел, она выглядела примерно так же, как та оборванка! Как бомжиха! От нее воняло помойкой! Тухлой рыбой! Спиртягой! Скажи мне, мышь, может ли любовь довести человека до такого состояния?

Девчонка стоит в метре от меня, ошарашенно вылупившись своими огромными глазами, и молчит.

Что же ты заткнулась, а? Где твоя прозорливость, всезнайка?

– Ну? Что скажешь? Веришь в такую любовь?

Алина неуверенно мотает головой.

Конечно, не верит. Любовь должна быть вменяемой, здоровой. Если она вообще существует.

– Вот и я нет… – выдыхаю хрипло. – Моя обезумевшая мать скатилась до пьянчужки, прикрываясь любовью к отцу. Ей было плевать на сына, а мне стало плевать на нее. Я начал реже ее навещать. Все реже и реже. До тех пор, пока не понял, что не видел и не слышал о матери почти два месяца.

Шарю жадным взглядом по застывшему лицу Алины. На нем ни кровинки. Девчонка явно в шоке от моих откровений. И зачем я все это вывалил на нее?

– Короче… Не лезь не в свое дело, поняла? От тебя мне нужна только помощь с кражей! Все! – рявкаю я и отворачиваюсь. Мне отчего-то больно смотреть в эти огромные карие глаза. В них тоже боль. Из-за меня.

Опершись руками о капот машины, делаю глубокий вдох и надсадно выдыхаю.

Договорить не успеваю. Нежные руки вдруг обхватывают меня сзади, и тонкие пальцы смыкаются на моей груди. Чувствую, как ее лицо прижимается к моей спине между лопатками.

Легкие горят. Не знаю, как вдохнуть. Не потому, что объятия слишком тесные, нет… Но они напрочь лишают меня воли.

Судорожно ловлю ртом воздух. Вдыхаю. И на выдохе хриплю:

– Потому что мне кажется, что тебе это нужно, – тихо отвечает Алина.