Зажигая пламя

Алина снова в моей машине.

Почти всю дорогу едем молча. Я время от времени тру скулу.

– Болит? – упавшим голосом наконец спрашивает Алина.

На самом деле не очень, но я утвердительно киваю:

– Хорошо бы обезболивающее.

– Давай заедем в аптеку, – предлагает она.

– Не таблетки, – нагло усмехаюсь я. – Мне бы отлично помогли твои нежные ручки. Или мягкие губы.

Грозный, что ты несешь?! Бросив быстрый взгляд, убеждаюсь, что Алина в шоке. Поспешно выдыхаю:

– Это шутка. Забей, у меня ничего не болит.

Подъезжаю к ее подъезду и глушу мотор.

Алина не спешит выходить. Устало откинувшись на подголовник, задумчиво смотрит перед собой и вдруг произносит:

– Могу я сказать Тимофею о том, что помогаю тебе?

– Нет, конечно. – Тут я непреклонен. – Это только между тобой и мной, кареглазка.

– Ясно, – сухо роняет она и отстегивает ремень безопасности. – Ладно, я пойду.

Но до того, как она успевает открыть дверь, я хватаю девчонку за руку и переплетаю наши пальцы.

– Я готов сам поговорить с твоим Тимофеем и объяснить ему все.

Но взамен у меня будет одна просьба.

– Что ты сможешь ему объяснить? – недоверчиво спрашивает Алина.

– Что между нами просто родственные отношения, как вариант. Я смогу найти правильные слова, и ваши отношения не пострадают.

– Даже не знаю… – задумчиво прикусывает нижнюю губу девушка. – Если я соглашусь, что ты попросишь взамен?

И так смотрит на меня… С такой мольбой. Словно я и правда должен решить ее проблемы с парнем.

– Так что ты хочешь взамен? – подгоняет меня Алина, когда молчание затягивается, и пытается выдернуть пальцы из моей руки.

Но я держу ее крепко. Она тоже должна чувствовать это… Эти импульсы между нами. То, как кожа горит от одного касания.

Развернувшись к ней всем телом, подаюсь ближе и сосредоточиваюсь на карих глазах девушки. Они не соврут.

– Ты прямо сейчас должна признаться в том, что мы не просто друзья. Просто смирись и прими это. Прими и скажи «да». Мы совсем не друзья. Между нами что-то намного большее, чем чертова дружба.

Она не отводит взгляда от моего лица, рот удивленно приоткрывается.

Я чувствую, как тянется секунда, две, три… Ничего не происходит. А потом Алина моргает, на миг спрятав глаза под длинными ресницами.

– Между нами ничего нет, Егор. И дружбы тоже. Друзей не шантажируют.

Если начистоту, она права. Но это сейчас не важно. Я вижу главное – она врет. И самой себе тоже. Пламя между нами настолько яркое и обжигающее, что его можно почувствовать даже физически.

– Хорошо.