Здравствуй, 1985-й (СИ)

А то я сам не знаю, и про выбор и про капкан.

— Спасибо за советы Анна Дмитриевна. И по одежде и по жизни. А по деньгам буду покупать новую дубленку. Есть и третий вариант — отцу позвонить, он вышлет.

— Ладно, любитель зрелых женщин, план я тебе рассказала, на рынок и в ЦУМ сам съездишь. А с дублёнкой тебе помогу. Как разбогатеешь.

Ехать в дождь не охота, решаю перенести на завтра, но и во вторник дождь, и в среду. Мы даже не пошли дежурить в ДНД в среду, разок и пропустить можно, а на платное своё занятие сходил, деньги важнее.

Зато в четверг распогодилось, и я собираюсь вечером звонить Зининому брату. Это у нас вечер, а там день. Малой у неё учится в школе часов до двух, значит к шести, по-нашему, надо быть на переговорном, и ловить его.

Еле уговорил! Если родители или сестра ещё могут его заставить куда-то идти, то мне удалось с трудом. Испробовал и пряник и кнут. Обещал купить часы, и угрожал проблемами от друзей, от Кондрата и Похаба. Второе помогло, хотя я взял на понт, ведь связаться с друзьями мне невозможно.

Телеграмму разве что дать?

«Кондрат ТЧК. Дай по шее брату Зины ТЧК» — бред!

Пришла бабуля и споро так, уже минут десять меня ждала в гостях, и я знаю, чувствовала себя не в своей тарелке. Не любит она затруднять людей. Рассказал бабуле и про уже сделанные покупки и про планируемые. Обещала выслать приготовленные триста рублей, и хотела было идти снимать со сберкнижки деньги ещё, но я убедил, что хватит.

— Вот как они там живут в Сибири-то? Столько денег на одежду лишних тратят, — бормотала она.

Поддакнул, мол, несчастные сибиряки люди. Я ещё спросил про её самочувствие и про отца. Всё по-старому. Отец бухает, свиней забили и продали, телка тоже продали. Осталась корова и куры. Сено косить некому, надо или продавать кормилицу или покупать сено. Но не выгодно тогда молочное дело бабули будет. Как я понял, с коровой бабуля не расстанется, даже если в убыток будут дела идти. В пятницу деньги я получил, и купил всё, кроме дублёнки. Взял ещё брюки, под мои старые рейтузы не влазят, а уж про джинсы, и говорить нечего.

Отдал Ане шестьсот рублей, надеюсь, не убежит с ними! Шучу. Она скорее своих добавит ещё, чем убежит.

— Завтра поедем примерять, ничего не планируй, — покачала она красивым пальцем с ухоженным ногтём перед моим носом.

И в самом деле, утром она меня разбудила.

— Анна Дмитриевна, а вы как тут так рано? — удивился, открыв дверь, я.

— Пузо прикрой, стоишь тут в одних шортах, — ответила воспитательница, и крикнула в сторону.