Здравствуй, 1985-й (СИ)

Так что в Ростове со спортом тоже порядок был! Тренер ушёл, а нам пришлось делить бутылочки на всех, я не стал париться и, посчитав народ, тупо отдавал по три бутылки на семь человек, последнею отдал Казаху единолично, он-то очень хотел попробовать. Ему она, кстати, не понравилась, сказал, что липкая и сладкая, и не пожалел о раздаче народу своей награды. Этот шаг поднял наш авторитет среди занимающихся ребят. Дети же. Нас одобрительно хлопали по плечам и выказывали другие знаки внимания, например, звали попить пива вечером.

Серьёзных спортсменов тут у нас, дай бог, человек пять, но все равно — приятно.

Дома мы разглядывали подарки, Бейбут был рад костюму, который оказался ему чуть большеват, он в нём и пошёл на обед. Среди подарков был какой-то плакат с боксёром из Казахстана. Сосед сказал, что этот боксёр был признан пару лет назад самым техничным боксёром-любителем мира. И плакат занял своё почётно место у нас над телевизором.

На обеде нас все поздравляли, и я не погнушался каждому пожать руку и сказать спасибо, сосед понятное дело попугайничал.

Лена смотрела на меня глазами осиротевшего оленёнка, но молчала. После обеда, был банный день, в санатории находилась настоящая баня и мы по очереди туда ходили. Разумеется, я всех в парилке пересидел и каждый зашедший туда был мною пропарен веничком, невзирая на протесты. Хотя после трёх таких бедолаг в парилку никто не рвался, даже Бейбут быстро оделся и слинял. Не понимают они прелести баньки. А мне захотелось пивка в кои веки. Как Суворов говорил? «После бани укради, но выпей!» Впрочем, я слышал и другую версию — «Портки последние продай, но выпей!»

В санатории ничего не продавали, и вообще нам не сильно рады были, но я как человек опытный нашёл подход к душе заведующего баней, пухлого мужичка с глазами много повидавшего странствующего монашка. Всего пятёрка, и пара бутылок Жигулевского пива мне продали! На сдачу я получил две бутылки кваса, хлебного, московского, который Бейбут выпил с удовольствием, отказавшись от пива.

Полагаю я переплатил, но такова плата за моё юное тело, а ну как я расскажу где купил?

Вечером после ужина, бани и двух бутылок пива я в благодушном настроении был заловлен Леной, и затащен к себе в комнату. Стекло уже им вставили, а виноватая во всем её соседка Оля покинула комнату как по свистку.

— Знаешь, Толя, почему так всё получилось? Мы выпили, и я пошла, спать, очень потянуло в сон, Оля осталась с ребятами.