Здравствуй, 1985-й (СИ)

«Давай, не теряйся! Один разок можно! У тебя давно бабы не было»! — подзуживает внутренний голос.

Но мы уже пришли, высокое деревянное крыльцо и две двери, одна в комиссионный магазин, вторая в вино- водочный.

— Ждите меня в комиссионке. Сколько тебе и чего? — спросила Оксана.

— Пару бутылок вина и пару чего покрепче, желательно коньяк, если виски нет.

— Виски ему подавай. Водку смогу достать, про коньяк уточню, — сказала Оксана и скрылась за дверью.

Заходим в комиссионку, первое, что увидел — перья для письма разной формы и с разными оттисками в коробочках по пятьдесят штук.

Свят, свят! Не дай боже перьями писать, у меня ручки есть из «Берёзки» и карандаши. Много разной одежды, ношенной, и не очень, убогая обувь, есть калоши, валенки.

— Что, какие планы? Вина можно и у меня дома выпить, — нагло предложила Дашка, глядя мне в глаза и гладя по спине, опуская изредка руку ниже.

Меня таким не смутишь.

— Презики есть? У меня с собой всего пять штук, — спрашиваю я, приняв решение не сопротивляться изнасилованию.

— Ну, ты конь! Оксанка рассказывала про тебя, а ей её соседка. Родители уже с обеда ушли, сейчас от этой зануды отделаемся, — обозначила план действий Даша.

Я расслабился, моё вынужденное воздержание подходит к концу. Купил в магазине аккумуляторы по размерам батареек в магнитолу и зарядное устройство, всё б/у, конечно. За этим делом меня и застала вернувшаяся Оксанка.

— Вина взяла две бутылки по ноль семь, а конька всего одну, нет у них сейчас, с тебя четвертак, — протянула сумку она.

 — Ты там Казаху моему привет передавай, но сюда пусть не едет, я зимой сама его найду, когда на сессию поеду, я же на заочном учусь.

Смотрю что там. «Арарат» три звезды, и две бутылки «Киндзмараули». Не сильно много-то и сверху взяла. «Арарат» рублей восемь стоит, и вино рублей семь за пару бутылок. Достаю деньги и отдаю. Прощаемся с Оксанкой, подозрительно поглядывающей на сестру, и идем в гости на секс к Дашке. Ей семнадцать лет, и она поступила в педагогический в Красноярске.

Скоро поедет на учебу, что тоже меня радует. Мы скушали по мороженому, прошли мимо кинотеатра, и я уже предвкушал интимные радости, как меня в очередной раз обломили.

— Толя! Ты ещё не вернулся? Садись, подвезём тебя, — раздался голос Анны Дмитриевны за спиной.

Повернулся, и точно, — Аня без своего Виталика, но с молодым парнем, лет двадцати пяти, корейской внешности, с комсомольским значком.