Здравствуй, 1985-й (СИ)

— Толя, а куда они пошли?

— Подозреваю делать новых людей, — хмель меня не покинул, тем более, я ещё глотнул из фляжки.

— Так! Надо её искать! Идём все! — командует она, и Малышев реально встаёт как телок.

— Отвали, тебе поручили, ты и ищи! — озвучил мои мысли Казах.

Хочется спеть, а чего не знаю. Беру гитару, а вдруг Штыба умел? Нет, не умел.

Газ до отказа — непобедим!

Сначала газ до отказа, а там поглядим.

И кто его знает, где шаг через край.

Газ до отказа, одной ногой в рай.

Во всё горло ору я всплывшие в голове строчки, тренькая по струнам.

— Толян, не обижайся! — недипломатично просит Бейбут. — Только не пой и не играй на гитаре, пожалуйста.

Ленку с Колесниковым под конвоем приводит с победным видом через пять минут Синицкая. Малышев плетётся сзади и уже не понимает, наверное, чего он тоже в лес пошёл — глаза у него сонные.

— Ну, Лукарь! Не ожидала от тебя! И главное с кем!

— Чё они там делали? — заинтересовался Бейбут.

— Ничё! Давай спать уже идём? — сказала злая Ленка, обломленная аж дважды за вечер.

Хрен там! Копаем ямку, скидываем мусор, в том числе и угли, и засыпаем! Пусть к порядку приучаются!

«Хоть чему-то, может, хорошему детей научу», — возникает запоздалое раскаяние в голове.

Дома уже чувствую облегчение, всё-таки зацепила меня малолетняя красотка, а сейчас понял — «баба с возу, кобыле легче!» Утром, вместо физзарядки занимаюсь стиркой, после костра одежда пахнет дымом, да и вообще, давно пора. Оба Петьки болеют с похмела, Ленка с Олей тоже. Но таблетку им не даю, пусть на своей шкуре прочувствуют каково бухать.

Зато Аркаша блестит как у кота яйца. Оксанка за него взялась. Вроде и одет в рабочее, а хоть сейчас на сцену конферансье работать. Предупреждаю на кухне, чтобы оставили ужин, придём к восьми, даже отдаю пятёрик, со своих потом соберу. Пятерик берут, и обещают и ужин оставить и обед привезти.

Погода радует, и мы работает по старой схеме, я с Бейбутом кладу стены, а остальные меняют доски на полу. Обед, конечно, привезла Машка, и Аркашке достаётся полуторная порция, тот воспринимает это как должное, а Бейбут уже смотрит на это без симпатии, а я его знаю, уверен, пощупает ему печень при случае.

Вечером народ задаёт мне вопрос, доколе мы будем вкалывать?

— Есть мысль до сентября всё сделать и уехать в Красноярск, скучно здесь, — поясняю я.

Ленка пыталась со мной пообщаться вечером, но с каким-то наездом, что ли. Послал сразу. Моё бельё высохло, и я вместо отдыха погнал свою четверку стирать себе одежду.