Здравствуй, 1985-й (СИ)

Уже темно, и я подсвечиваю дорогу Бейбутовским фонариком.

— Петя, подожди! Раздаётся голос пьяной Ленки, — она догнала меня и с ходу начала целовать.

Я, было, хотел устроить скандал, мол, я не Петя, а потом решил, да хрен с ним, зато какая девочка жаркая! Ленка расстегивает мне джинсы и лезет в штаны.

«Да неужели!» — радуется одна похотливая часть меня.

«Беги от неё нахер, на всю голову ударенная!» — взывает к здравому смыслу другая, повзрослее.

Поздно! Кровь уже прилила к голове и здравые мысли стыдливо скрылись.

— Ленаааа! — мычит пьяно гитарист Колесников где-то в лесу.

— Петяяя! — отвечает ему Ленка, не менее пьяно, но тут же трезвеет, откидывается назад и смотрит на меня, ну может, не смотрит, а спит так странно. В лесу ведь темно, я даже не вижу её глаз, закрыты они или нет.

— Петя? — тихонько спросила она опять.

— Я Толя, Лен ты чего? — пытаюсь её привлечь к себе.

— Штыба! А где Петя? — немного трезвеет она.

Бляха муха, она что реально, меня с Колесниковым спутала? Зло берёт аж! Всё, надо с ней завязывать. Вожделение сменилось злостью и хочется ударить её, тоже не моё желание, я девочек не бил.

— Лееен! — опять кричит Пётр.

— Вон, иди, лови его в лесу, — отталкиваю я изменщицу. Лен, ты нормальная? Меня с Петькой перепутать! Ладно, издалека, но вблизи как? На ощупь? У нас строение разное тела! — говорю я, приводя себя в порядок и уже успокаиваясь.

— А ещё думаю, такой накачанный он оказывается, — до сих пор не может понять ситуацию Ленка.

Иду к костру, чуть не падаю, запинаясь за корягу. Здоровая такая, волоку за собой. Притащив к костру, смотрю, как воркуют Малышев и Синицкая. Что ещё одна парочка на курсе? Да вряд ли. Малышев — красавчик, а у Оли шнобель горбатый, а до пластических операций ещё лет двадцать.

«Ноу-хау Кристины Орбакайте — силикон в нос», — вспоминаю старую шутку и смеюсь.

Шустро разделываем с Бейбутом корягу, топорик с собой взять не забыли, и вскоре огонь вспыхивает как на пионерском костре. Настроение поднимается, но тут к костру вышел Колесников и первый его вопрос:

— В лесу ищи, — не поворачиваясь, говорю я. — Как найдёшь — сразу даст.

Петька отваливает, зато оживает Синицкая.