Здравствуй, Мир!

Даже, если каким чудом удастся двух-трёх раскидать, то дальше-то что? Дальше куда?

Оказалось, что этим вопросом мучиться мне не стоит. У меня персональная программа. На выходе из зала, в коридоре, меня притормозили, отделили от основной группы, повели в другой коридорчик. По коридорчику в комнатку. Там встретил хламидник с довольно тонкой цепочкой на шее. Он меня оглядел, молча сунул в руки сумку и пошёл вперёд, путь указуя.

А чтобы я с этого пути не сбился, сзади четверо шли. В кольчугах. С копьями.

Долго крутили, долго петляли.

Наконец, к двери какой-то подошли. Вывели меня за эту дверь, оказавшуюся дверью на улицу… оставили и дверь за спиной закрыли.

Вот так вот. Молча. Буднично. Просто.

Примерно так же я дважды в своей жизни документы о разводе подписывал.

В принципе, оно и тут ситуация не сильно-то отличалась. Тот же развод: на тебе сумку и иди куда хочешь, только назад не возвращайся.

Я, хоть и Ванька, а намёк понял — ломиться в дверь обратно не стал. Кричать и ругаться тоже. Занялся несколько более полезным делом: решил посмотреть, что там в сумке.

Что мне от щедрот своих хламидник сунул.

Оказалось… не густо. Сама сумка, в ней краюха хлеба, бутылка молока, пара яблок и мешочек с монетами. Монеты круглые, желтенькие, новые, ещё не затёртые. На одной стороне профиль мужика с бородкой и усами, на другой герб — схематичное изображение птицы какой-то с крыльями распахнутыми. На орла похожей.

Монет ровно сто штук оказалось.

Самое главное — надписи, которые на них были, я прочитать сумел! Не по-русски там было написано.

И не по-английски. И даже не по-арабски (хотя, те бы закорючки я бы всё равно и в нашем-то мире не прочитал). Содержание надписей было самое прозаическое: имя мужика, его титул и год.

Титул простой: «Король Ганола». Имя: «Грэм III». Год: «7875». Цифры так же арабскими или римскими не были, но понимались мной именно так. Что, несомненно было странно. Но: странностью больше, странностью меньше. А жопа болит!

Правда, уже не так сильно, как в начале, да и, самое главное, ран на ней нету.

Но всё же, неприятно.

А впереди незнакомый город, в непонятно какой стране, да ещё и с миром вопросы…

Нет, я, конечно, понимаю: шесть стадий принятия, все дела… Но мне уже тридцать девять. Девять из которых прошли в довольно специфических условиях. В бесконечных командировках. А там ведь всё тоже самое: уснул в эшелоне или урале, проснулся — незнакомый город, незнакомая местность, непонятно куда идти, что делать.