— И отцу наказала, чтобы он держал рот на замке!
— Но почему? Почему?! — взревела я, чувствуя, как тело покрывается чешуей.
— Да потому что это не столь важно, хорошая моя. Это было. Понимаешь? БЫЛО! И прошло. Мало ли кто кого любил, — горько усмехнулась она, вздыхая. — Иногда боги жестоки, девочка моя. Они любители подкинуть ту или иную подлянку. Салдер любил меня, но настоящая ли это была любовь?
Я не понимала, что она говорит. Уж за двадцать с лишним лет точно можно было понять настоящие чувства или нет.
— Вижу твое смятение, — кивнула матушка, — пойдем на задний двор.
Отца пока нет, никто нам не помешает."
"Пару секунд постояв на месте, я двинулась следом за родительницей, мысленно умоляя, чтобы она принесла успокоение в мою душу, чтобы помогла справиться с тянущей болью в сердце.
— Я знаю Салдера немного с другой стороны, — начала мама, усаживаясь в плетеное кресло под раскидистым деревом. — Прошу тебя потерпеть и дослушать до конца. Хорошо?
Я нехотя, но все же кивнула.
— Я познакомилась с твоим отцом и его лучшим другом в первый день перемещения сюда.
Оба красавцы, оба привлекали внимание противоположного пола, да еще и боевики. Сал был тем еще бабником, чего нельзя сказать о твоем отце. Он сразу пришелся мне по душе, пусть я и старалась усиленно это скрывать, — мама мечтательно улыбнулась, словно погружаясь в воспоминания. — Я дружила с твоим истинным, но никогда не выходила за рамки дружбы. Нас много что связывает, и каждое воспоминание очень дорого для меня. Но все же до сих пор не верю, что чувства Салдера были настоящими.
Понимаешь, он был тем еще… э-эм… кобелем. Любил добиваться каждой девушки и насколько мне известно потом их прогонял, когда забирался под юбку. Хотя с его внешностью оно и не удивительно, что девушки висли на нем. Он красив, богат, влиятелен, каждая надеялась заиметь от него обручальное кольцо, чем Салдер и пользовался… Не хмурься ты так, — улыбнулась мне родительница, когда мое лицо стало хмурее грозового неба, — это молодость, Ася.
Она почти у всех парней одинаково протекает. И исходя из его образа жизни, к которому он привык, появляюсь я, которая щелкнула его по носу и отказала в том, на что он уже губу раскатал.
— Я не понимаю… — вздохнула вымученно я.
— Я веду к тому, что его задел мой отказ, отложился в подсознании и мучил все эти годы. Вот и все! Это не любовь, милая! Не любовь! Это задетая гордость, не иначе!
Смотрела на нее расширяющимися глазами, мечтая, чтобы это было именно так.
