Зельеварка

– Венди Хайнц плохого не приготовит! – я со стоном поднялась с бревна, чтоб тут же замереть и поднять руки от повелительного окрика:

– Стоять, маги! Руки вверх! Не двигайтесь, иначе изрешечу болтами! – гаркнул хриплый голос.

– Мы стоим! – жалобно крикнула я. – Мы заблудились! Помогите, дяденька!

– Девчонка, тебя как звать? – решил уточнить голос.

– Венди Хайнц. То есть Блейз. Недавно замуж вышла.

– Лоренсу Хайнцу не родня?

Я ощутила комок в горле.

– Это мой папа.

– О как, – отозвался голос с удивлением. – Ну идите, голубки, внизу охотничья избушка, потолкуем за жизнь.

– Дяденька, а мы где?

– Где надо! Это еще посмотреть, как вы тут очутились, – проворчал голос. – Идите, да без глупостей!

Собрин медленно вынул руку из кармана. Пустую. Что у него там, боевой артефакт? Не удивилась бы.

«Избушка» оказалась трехэтажным могучим строением. Первый этаж сложен из дикого камня, остальное из неохватных почерневших бревен. Широкая крытая веранда и галереи, опоясывающие верхние этажи, наклонная крыша с козырьком… где-то я такое видела.

Перед домом зеленая, слегка вытоптанная лужайка, столб с дырявой корзиной для игры в мяч, коновязь. Позади дома теснятся какие-то постройки, заборы самого крестьянского вида, и неожиданно – каменная крепостная стена с башенкой дозорного наверху.

– Мы в Ванаге, – прошептал Собрин.

Чуть не хлопнула себя по лбу. Точно! Ванага – страна лесов, тут и дворцы знати из дерева строят. Камень везти издалека надо, а деревья рядом растут.

Стрекочут кузнечики, все такое мирное и солнечное. Хочется лечь в траву и любоваться пушистыми облаками, подложив руки под голову.

– Ты с уловом, Саул? – из-за стола на веранде поднялся человек и выглянул во двор, блеснув стеклами очков.

– Нарушители! – пропыхтел наш конвоир.

– Откуда бы? – человек таким знакомым жестом почесал всклокоченную седую голову.

Этого не может быть! Мир стал мутным из-за внезапно хлынувшего потока слез. Я всхлипываю и пытаюсь засунуть кулак себе в рот, чтоб не завыть.

– Венди, ты что? – испугался Собрин.

– Стоять, руками не дергать! – крикнул конвоир.

– П-папа? – пискнула я. – Папа!

Человек на веранде озадаченно моргнул, затем расплылся в широкой улыбке, и не долго думая, перемахнул через ограждение.

– Венди, девочка моя!

– Папа! – я бросилась к нему. Меня приняли знакомые объятия.