Что тут началось! Немедленно были извлечены те два заветных журнальчика, что я умыкнула из отеля, загибались аккуратно уголки страниц, где были хоть какие-то рисунки с узорами, срочно изымались из чемоданов платья, купальники, халаты, даже, пардон, дамские пижамки в цветочек, все это тыкалось под нос несчастному инженеру. В конце концов, он просто сгреб в охапку все это тряпичное великолепие и понес домой. Надеюсь, Лида не устроит ему сцену ревности. Впрочем, она была вместе с нами и участвовала в этом безумии.
Через несколько дней в углу одного из просторных ангаров были установлены несколько станков. И, как оказалось, весьма компактных и совсем непохожих на те, что я помнила. И управлялись они просто - с экрана планшета. От мастерицы требовалось только вовремя менять перфокарты, когда менялся рисунок, следить, чтобы постоянно был клеевой раствор для кромки, да ставить новые бобины с нитями."
"У нашего дамского коллектива начался период ткачества. Обучили работать со станками нас всех, но мы менялись по очереди, потому что подготовительных работ было много.
Мужчины уже несколько раз устраивали массовый выезд на побережье за водорослями, но нам, в нашем тряпичном угаре, все было мало. Часть из нас непосредственно работала у станков, остальные готовили нити, красили, сушили, сматывали их в огромные бобины.
Я уже начала беспокоиться о существовании у нашего берега этих водорослей, но Кирен меня успокоил, сказав, что пока что только расчистили от них небольшой безопасный проход к берегу, чтобы не переломать гребные винты.
Ткань получилась невероятно красивая и качественная. Тонкая, но плотная, с гладкой, шелковистой поверхностью, слегка с отблеском, как атлас, чуть прохладная по ощущениям, не мнущаяся. И окрас получился стойкий, не линяющий при замачивании в воде. Вначале ткали рулонами ткань на постельное белье для всех, затем пошел в ход столовый текстиль. Затем начались новые эксперименты. При соединении нитей с вискозными нитями мы получили в результате теплую, пушистую махровую ткань.
Это полотенца, халаты.
Потом начали просто ткать ткани в запас, разными узорами и орнаментами, небольшими кусками, для различной одежды. Теперь швейная машинка Лиды не простаивала никогда. Пришлось Сату сооружать ещё одну, для общего пользования. Вся эта эпопея продолжалась недели три.
Насмотревшись на наше безумие, и Люба решила внести свою лепту в этот бедлам.
