Зеркало Лукреции Борджиа

Он хватает ее за шею и начинает душить.

Людмила проснулась от собственного хрипа – воздуха не хватало, как будто и вправду шею сжимали сильные руки.

Кухня у нее в квартире была, но Людмила никогда не готовила. Холодильник был забит минералкой, пивом, купленным еще для Антона, и фруктами. Людмила заварила себе зеленого чая и поискала по шкафам что-нибудь съестное.

Как назло, ничего, она же сама не держала раньше в доме ни крошки мучного, о фигуре заботилась! Разумеется, в доме полно всего, но для этого нужно идти в общую кухню, в царство Анны Ивановны.

Людмила представила, как она крадется по холлу, а комнатка прислуги как раз рядом. Будет неудобно, если Анна застанет ее рыскающей по буфетам в два часа ночи. Она, конечно, ничего не скажет, но ведь придется ей дать какое-то объяснение.

Она долго ворочалась на большой, слишком просторной для нее одной кровати и заснула только к утру.

Отец, как всегда резко, требовательно, постучал в дверь и вошел, не дожидаясь ответа. Людмила подняла тяжелую голову и посмотрела на него мутным со сна взглядом.

– Звоню, никто не отзывается, – недовольно сказал он, – и Анна куда-то подевалась.

Людмила села, прикрывшись одеялом. Отец был чисто выбрит, в костюме, значит, зашел перед работой. Она вопросительно взглянула на него, потому что такое случалось крайне редко.

– Вечером мы с тобой поедем в «Романов». – В голосе отца не было вопроса или просьбы, он просто сообщал ей о неизбежном, ставил перед фактом.

– Но, папа, я же совсем недавно похоронила мужа! – попыталась возражать Людмила.

– При чем тут сорок дней? – Он недоуменно пожал плечами. – Никогда не замечал в тебе этой религиозности!

– Религиозность здесь ни при чем! Просто есть какие-то неписаные законы, проще говоря, правила приличия, да и у меня, честно говоря, совсем нет настроения…

– Я же тебя не развлекаться зову. – Отец поморщился. – Ты знаешь, это нужно для работы. Где бы мы были, если бы делали только то, что хотим! И потом, – продолжил он нелогично, – развлечься тебе тоже не помешает.

– Но прошло так мало времени…

– Вполне достаточно! – Отец повысил голос. – Это очень важно! Спорить бесполезно!

Видимо, он почувствовал, что переборщил, и добавил более мягким тоном:

– Мила, ты же знаешь, все, что я делаю, я делаю ради тебя и твоего брата.