Не те редкие, что я помню из видения боя, а массивные, с большими «шапками». Но идут не сплошняком, просветов в них хватает. Время около полудня, может чуть больше.
Больше узнать, что твориться на улице, я не смог и вернулся к изучению комнаты, в которой оказался. И первым делом заглянул в шкаф. Надо же одеться, а то лежать мне уже надоело. Было чувство, будто пролежал не меньше года. Тело требовало движения, и массаж коновала этому только поспособствовал.
В шкафу я нашел несколько висящих на плечиках рубашек, один пиджак и два вида военной формы.
У одной китель был темно-зеленого цвета, изрядно выгоревший на солнце и с погонами на плечах. На погонах — один «просвет» и две звезды по бокам от него. В голове тут же всплыло слово «лейтенант», но почему-то внутри появилось отторжение, когда я мысленно назвал предыдущего хозяина тела таким званием. Этот китель был очень похож на тот, из моего последнего и единственного воспоминания. Может он и есть.
Второй китель выглядел гораздо наряднее. Синий, с двумя рядами пуговиц по левой и правой стороне.
Запах на правую сторону. Там же от уровня груди к правому плечу свисают золотистые «веревки». Даже не представляю, как они называются. Хотя стоит узнать у старика, а то обидно будет попасться на незнании такой мелочи. В глаза эти «веревки» бросаются очень сильно. Также вместо погон на кителе круглые нашлепки, отороченные свисающей бахромой. В голове само собой всплыло слово «эполеты». Но опять же, это не память моего нынешнего тела, а мои прошлые воспоминания.
Блин! Пора бы привыкать, что теперь это мое тело и не отделять его от себя.
На нижней полке аккуратно лежали брюки к обоим кителям, обычные темные штаны из хорошей приятной на ощупь ткани и пара кальсон, таких как на мне сейчас были надеты. В самом низу нашлись сапоги из кожи и удобные туфли с острым носком, точно по моей ноге.
Не откладывая, я тут же одел рубаху, штаны, накинул пиджак и с удовольствием всунул ноги в туфли. Но все равно возникло чувство, что чего-то не хватает.
Тело остро сигнализировало, что комплект «не полный». С недоумением снова осматриваю шкаф и так ничего нового и не найдя, наконец догадываюсь поднять взгляд вверх. Там лежат две фуражки и белая шляпа, украшенная черной лентой вдоль основания. Нахлобучиваю ее на голову и полностью довольный собой, захлопываю шкаф. Вот теперь можно и на улицу!
— Черт!
Я снова подергал ручку двери, но чуда не произошло. Степан уходя закрыл дверь на ключ, а я этого даже не заметил.
