Жар огня

Как отец мог разлучить тебя с матерью?

– Он верил, что она приедет к нему.

– Я не понимаю, везде говорят, что сирены предпочитали жить обособленно, а как получилось, что твой отец женился и довольно долго жил на Островах?

– Ну, отношения с сиренами давно пытались наладить и периодически посылали дипломатические миссии. Мой отец пошел на брак и остался, чтобы войти в доверие и преломить отчуждение между государствами изнутри. Но время шло, и, видя тщетность усилий, король отозвал его.

– А к какому клану относилась твоя мать?

– Воздушному.

Но моя бабка породнилась с Золотым кланом через мужа и была близкой подругой королевы.

– Ты их помнишь?

– Смутно. Слишком много времени прошло.

– Подожди, вы избранницам надеваете родовые артефакты, но откуда взялся женский, если отец больше не виделся с твоей матерью?

– Они виделись. Через четыре года он поехал туда с дипломатической миссией, но привез лишь браслет и окончательно озлобился.

– Твоя мать еще жива?

– Нет. Все они погибли во время войны.

– Мне жаль.

Я больше ни о чем не спрашивала, понимая, что слишком тяжелую тему подняла, хоть и говорил он спокойно. Было о чем задуматься. Его ребенком вырвали из привычного окружения, забрали от матери, увезли из теплого климата и моря туда, где даже родной отец стал его сторониться. И при этом он выстоял и стал одним из влиятельнейших людей Светлой империи. Я еще больше стала им восхищаться!

Лоргус, ловя мои эмоции, тепло улыбался. Оставив разговоры о прошлом, мы наслаждались настоящим.

Принимали поздравления с помолвкой от тех, кто не успел поздравить вчера, смотрели праздничные представления. Если к Тени и подходили с какими-то вопросами подчиненные, то решал он их на месте, не уходя от меня.

Я поддалась царящему вокруг веселью и расслабилась. Наконец-то судьба моя определилась. Я избавилась от страхов. Корнелиус, Темный император – они больше не пугали меня. Впереди учеба в Академии и супружеская жизнь с желанным мужчиной. Рядом с ним я, с одной стороны, чувствовала себя защищенной, а с другой – уверенной в себе, как никогда ранее.

И пусть наша пара удивила многих, главное – наши чувства.

Перестав бороться с собой и пустив меня в свою жизнь, Лоргус открывался передо мной, позволяя заглядывать даже в самые дальние уголки души. Я ценила, что он не уходил от моих вопросов, и дорожила его откровенностью. Было в наших судьбах нечто похожее – мы в раннем возрасте лишились матерей и росли без родительской любви.