Жар сердец

Ей следовало бы знать, что подобные уловки не делают ее ни красивее, ни приятнее, ни привлекательнее. Наоборот, скорее отталкивают.

– Ну, вам осталось ждать недолго, – тихо произнесла она.

– Мы прибудем на место на следующей неделе, если только нам не помешает шторм. Но штормит в это время года здесь редко;

Морган повернулся к Силвер и вдруг понял, что стоит так близко к ней, что чувствует тепло ее тела через тонкую ткань блузки. Внезапно он почувствовал, что в горле пересохло, и кашлянул.

– Когда мы доберемся до острова, я могу поговорить с Уильямом.

Может, он уже изменил свое мнение о человеке, за которого вы хотите выйти замуж. Если нет и если вы не перемените своего решения, я постараюсь его убедить.

– Никакого человека нет, майор. Я уже говорила вам это, но вы почему–то отказываетесь меня слушать.

– Тогда почему вы убежали?

Силвер взглянула ему прямо в лицо. Ее пальцы крепче сжали поручни.

– Мой отец – очень суровый и властный человек, – сказала она. – Он хочет распоряжаться моей жизнью, а я желаю быть независимой, жить так, как хочу.

Она лгала, и он знал это. Силвер хорошо скрывала свои эмоции, но все же глаза ее выдавали.

– Как я уже сказал, я с ним поговорю. Может, от этого в самом деле будет какая–нибудь польза. А теперь прошу меня извинить, но я должен вернуться в рубку. В этом месте наш курс меняется.

Силвер положила ладонь на его руку, заставляя замолчать.

– Но это было очень любезно с вашей стороны, майор, сделать такое предложение.

Морган ничего не ответил, повернулся и двинулся прочь.

Чертова ведьма! Легкое прикосновение ее изящных пальчиков его словно обожгло. Солнечный свет сделал розовыми ее нос и щеки, отчего она, казалось, излучала сияние и выглядела необыкновенно привлекательной. Если бы она знала свои сильные стороны, то преуспела бы в своих попытках гораздо больше. Отгоняя наваждение, Морган тряхнул головой. Для роли соблазнительницы у его пассажирки явно недоставало опыта, и вместе с тем эта неопытность делала Силвер удивительно притягательной.

«Бог свидетель, Уильям, – пробормотал Морган про себя, – вернув тебе дочь, я с лихвой отплачу тебе все долги».

Открывая дверь рулевой рубки, Морган не удержался и оглянулся через плечо посмотреть, стоит ли еще Силвер у поручней.

Она смотрела вниз на пенистые синие волны, в ее ушах все еще звучали его слова: «Тогда почему вы убежали?» Он имел право спросить это, но и она имела право не отвечать – ни Траску, ни кому–либо другому, ни сейчас, ни потом.