Жаркий, ты достал!

 – Ев, скажи честно, на кой черт я тебе сдался, а? Ну вот честно? Зачем тебе я, когда тебя по ресторанам водят всякие директоры? – не подумал, как прозвучат злые слова, даже предположить не мог, что она воспримет все на свой счет.

Евка молчала. Жаль, что туфли валяются в нескольких метрах, а то сейчас бы зарядила каблуком в лоб!

– Ты тупица, Каланча, – прикрыв глаза в попытке сдержать слезы, Ева говорила тихо, голос почему-то перестал слушаться. Кому-то явно эго жмет между ног. – Ты сейчас хоть понял, что сказал? Ты с кем меня сравнил? А главное, с кем сравнил себя? – асфальт тротуара неприятно холодил ступни, и она переступила с ноги на ногу.

 – Данил… – но договаривать не стала, что толку объяснять, если у него такое мнение. Досадливо махнув рукой, пошла за туфлями, ноги уже замерзли по самые коленки. – Уходи… Убирайся к черту из моей жизни… Ты же меня шлюхой в лицо назвал, – ошарашенно произнесла она. – Ладно Машка, она всегда была недалекого ума, но ты…

Ей было все равно, слышит ли ее Данил. Она просто рассуждала вслух, мысли рвались наружу, и молчать она была не в состоянии.

Поднимая туфли, зацепилась взглядом за тонкий браслет, украшенный желтым камнем. Подарок. Красивый, изящный, дорогой. Для нее не по цене, а потому что видно, что выбран не за пять минут. Выпустив из рук туфлю, с остервенением принялась дергать чертову застежку. Едва вообще не порвала.

– Забирай, – швырнула ему под ноги украшение. Браслет звякнул об асфальт. – Сдай в ломбард. Подари следующей. Мне не надо… Мне ничего не надо.

И зачем ты только тогда приперся? Девок тебе во всем городе мало? – она села на попу, было все равно, что испачкает красные брюки. Брюки – это вообще не проблема, такого добра полные магазины. – Ну ладно я, дура такая, со школы еще по тебе сохну, тебе-то какое дело до меня? Ведь есть же девки красивее и проще.

Бросив бесполезные попытки надеть туфли, взяла их в руки и поднялась. Мысли о такси просто не было места в ее голове. Вот вроде бы не хитрила, не обманывала, не требовала много, честно говорила куда идет и с кем, жили вместе, спали вместе, занимались обычными делами, а теперь она – шлюха, гуляющая с директорами.

Докатилась.

– Ев… – сзади послышался тихий голос и быстрые шаги. – Ева…

Она лишь отмахнулась. Хватит с нее оскорблений, наслушалась. Отказаться от продления и уехать – самое верное решение!

– Ев, – крепкая хватка горячих пальцев на локте, а она держится из последних сил. Еще одно его слово и разревется прямо здесь.