Жаркий, ты достал!

На это и нужно давить, да. Подумаешь, немного перегуляла.

Ева постаралась осторожно выползти из-под огромной лапищи, но не тут-то было.

– Ева-а. Ева-а-а. Ну, Ева. А ты что – стесняешься? Стесняешься. А ночью не стеснялась, – имел наглость с ухмылкой Чеширкого кота заявить этот гад самодовольный. Ааа, молчал бы уже лучше, но это же Жаркий – просто заткнуться он физически не может. Рррр, просто.

Мало ли что она ночью не стеснялась, всё – утро пришло. Поразвлекались и хватит.

– Жаркий, вот скажи мне, как я вообще оказалась с тобой в одной постели? – спрашивала Евка, скорее, себя, чем парня.

Но он имел наглость подробно ответить на этот риторический вопрос. Да помнит она прекрасно, как сюда попала. На память никогда не жаловалась. Смысл вопроса был в другом – как в ее голову пришла “гениальная” мысль склеить на ночь Данила? Это все Лизкина “Коварная Мэри” виновата, другого объяснения нет. Ну и нервное перенапряжение первого месяца работы в новой должности. Просто не вывезла перегрузки. Да, именно так всё и было.

А теперь руки в ноги и валить. Там уже кое-что весьма так недвусмысленно упирается, но она не готова к повторению! Взрослый мальчик, сам разберется, что делать дальше. Евка шипела под нос ругательства, пытаясь одновременно одеться, вызвать такси и узнать адрес.

Этот оболтус еще развалился и на нервы ей действует!

– Адрес! – буквально рявкнула. Хотя всегда можно прочитать его на табличке дома или посмотреть геолокацию. Тоже, блин, проблема!

Помятое платье прикрыл плащ. Слава Ктулху, ночью она умудрилась смыть макияж, и сейчас не выглядела пандой.

А вот наклоняться над ванной, а не над раковиной, было так себе идеей. Зато точно знает – у этого троглодита силища немеряная! Потому что стена, в которую она уперлась спиной, так себе опора. И как не уронил? А еще у него отвратительно-огромные рубашки. В нее две Евы поместить можно, поэтому темно-синяя предательница даже и не подумала хоть на лишнюю секунду задержаться на теле девушки, мигом соскользнула к ногам. А потом рывок вверх и стена в качестве опоры, да. А, нет. Между стеной и спиной была еще лапища. За-бот-ли-вый, обалдеть просто!

Евка не знала, что будет, если Данил решит ее не отпускать: продолжат они марафон или ее накроет истерика? Схватила сумочку, сунула ноги в туфли и выскочила за дверь, только в лифте сумев глубоко вдохнуть.

– Ау, шшш, – скривилась, спускаясь по лестнице первого этажа. – И вправду болят. Эх, на ручки бы, – произнесла мечтательно и хихикнула.