Обладатель прямых хозяйственных рук обнаружился в дальнем конце гаража, в закутке за синей машиной. Чем-то гремел, шумел и наконец появился с большими садовыми ножницами.
— Ну что, готова? — спросил без тени улыбки, мазнув по мне придирчивым взглядом.
— Да, — я действительно готова. К чему угодно, лишь бы рядом с ним.
— Идем, — он кивнул в сторону сада, и мы вышли на улицу через заднюю дверь."
"Яркое солнце заставляло щуриться, поэтому непроизвольно прикрыла глаза ладонью, соорудив козырек, и побрела следом за Тимуром, уверенно идущим вперед.
Сад встретил нас ласковым шепотом листвы, одинокими птичьими голосами, а еще непередаваемым ароматом скошенной травы. Миновав большие ивовые кусты, за которыми я когда-то давно пряталась, подловив Тимура на обмане, мы очутились в начале широкого ряда плодовых деревьев.
Когда я тут была в прошлый раз, все выглядело иначе: бурьян, сухостой, нагромождение старых веток и крапива выше головы. Сейчас все разительно изменилось.
Ухоженные деревья, под которыми зеленела аккуратно постриженная трава, широко раскидали свои ветви, образуя кружевные купола.
Теперь, когда не осталось мусора, можно было просмотреть во все стороны на десятки метров.
Слева от плодовых деревьев начиналась ""дикая зона"". Там не было упорядоченности, ровных рядов насаждений. Кусты, смыкающиеся плотными рядами, изящные ясени, зеленые шапки ив, меняющих свой цвет в зависимости от направления ветра с насыщенно зеленого до нежно-серебристого, широколистные липы, готовящиеся к цветению.
— Здесь уже чисто, — Тимур указал в сторону культурной части сада, — конечно, чтобы привести в надлежащий вид, здесь еще работать и работать. Надо бы выкорчевать совсем старые деревья. Толку от них нет, все равно сломаются во время очередного урагана. Ягодные кусты тоже проредить и пересадить на новое место. Стволы побелить. Все газонной травой засеять, чтобы она заглушила сорняки. А то придется постоянно косить. Да всего и не перечислишь.
Но хотя бы так пока. Косметику навел.
Открыв рот, смотрю на эту «косметику». По мне, так здесь идеальный порядок. Но Тимур оказался перфекционистом, поэтому скептично относился к результатам своей работы:
— Оставшаяся часть сада все так же запущена. Мы с Никитой, пока он был тут, убрали основные залежи, теперь хоть пройти можно, не продираясь сквозь навалы сухих веток, поваленных деревьев, и не утопая по пояс в прошлогодней листве.
