Жатва душ 3. Вторая волна

Девушка подорвалась, как наскипидаренная, и рванула к брату, повисла на Тетыще, а тот схватил ее под локоть и потащил прочь.

— Оружие собрали? — спросил я — все закивали, и я скомандовал: — Грузимся, и — на базу.

Мне предстояло принять каждого в клан и рассказать, что я знаю сам.

Но это просто. Куда сложнее — решить, что делать дальше.

Для начала, что выбрать базой? Далее — непонятно.

Кто-то прильнул со спины, словно почувствовав мои сомнения.

— Это был тяжелый день… — сказала Лиза. — Подумаем обо всем на свежую голову.

Обернувшись, я увидел ее лисье личико и бесовские искорки в глазах.

— А пока… У вас там найдется уединенное место, Ден?

— О чем ты, Лиз? Надо решать, что делать с Сергеичем. Он убил невинного человека!

Заглянув мне в лицо, Лиза понимающе кивнула и отошла, а я задумался.

В далекой прошлой жизни мы все немного были маленькими Буддами. Прятались от смерти, отворачивались, видя похоронную процессию. А если умирал кто-то знакомый, ходили неделями с камнем на сердце.

Помнится, на работе был у нас пятидесятилетний экспедитор, и как-то на корпоративе, когда я просматривал ленту друзей в соцсети, он буркнул, что боится туда заходить — после ковида она больше напоминает некролог.

У меня от его слов аж настроение тогда испортилось, протрезвел мгновенно.

Теперь же смерть стала повседневностью. Подох десяток злодеев — ура! Умерла хорошая девушка Маша, а я реагирую так, словно узнал об этом из соцсети.

Выходит, мы, люди, адаптируемся быстрее и лучше тараканов. А кто не адаптируется, того съедают.

Наши лазали по территории, собирали оружие и все, что может пригодиться. Атмосфера дрожала от напряжения, то и дело я ловил на себе взгляды новеньких, и в них читалась… обреченность. Тупая покорность и страх. Даже Киндерманны смотрели с осуждением.

Да что происходит? Я их освободил от кровожадного Папаши, а они недовольны? Накатила злость, которую я быстро подавил.

Первым собирать трофеи закончил Сергеич, подошел к Карине, поднял ее тело и понес к грузовику с такой нежностью, что аж слезы навернулись.

Ко мне подошла Эстер и, глядя в землю, пролопотала:

— Денис, позвольте забрать тело Марии и предать земле…

Я удивленно на нее взглянул, и филиппинка затараторила:

— Пожалуйста, она не займет много места!

И тут до меня дошло, откуда это напряжение.