Жатва душ 3. Вторая волна

Бабан, который нес меня на руках, уже регенерировал и играл роль биоэкзоскелета, а я ощущал себя Кренком, огромным мозгом из «Черепашек ниндзя». Казалось, земля сотрясается при каждом его шаге. Бум! Бум! Бум! Трепещите, враги!

Я думал, что отсюда до базы всего ничего, но оказалось, что под «Яростью» я довольно далеко забрался — ну да, бешенной козе километр не крюк.

До забора мы добирались четыре минуты. От места, где мы вышли, до ворот было метров тридцать, оттуда доносились голоса филиппинцев. Эти люди выбежали на улицу, привлеченные воплями и стрельбой, посмотреть, что случилось.

Один орал, видимо, в рацию, пытаясь связаться с погибшими товарищами. А может, звал подмогу?

Я хмыкнул: давай-давай, дурачок, ори. Нам же лучше — не придется потом вас по джунглям по одному вылавливать. Ведь даже если он призывает оставшихся в их лагере, Бабан и его команда успеют перебить тех, что на электростанции, после чего мы соберем оружие и устроим засаду.

Перед забором я остановил воинство и посмотрел на ползуна.

Тварь была уникальной и явно требовала имени. Хм… Затвердевшие конечности напоминали то ли ласты, то ли… лопаты. Цвет кожи при одушевленной жизни ползуна был темным. Как бы тебя назвать?

— Будешь Черным Копателем, — сказал я и велел рыть подкоп: — Копай, Копатель.

Он шустро заработал конечностями — только камни в стороны полетели, и через минуту подкоп был готов. Еще минута ушла на расширение тоннеля, чтобы пролезли амбалы. Мне пришлось спешиться и лезть самому.

Здоровье к этому моменту восстановилось до 73%, и было терпимо, только кружилась голова.

Семнадцать минут до конца действия «Сокрытия души», и мое воинство возле резервуаров для топлива. А воинство было серьезным, и будь у этих бездушных разум, у нас не осталось бы шансов, даже если бы мы с филами объединились.

Мысленно я дал команду крикуну, чтобы он заорал. Открыв пасть, тот издал хрип, который криком назвать было сложно. Что за…

— Ты в порядке, Витас?

Тот почти виновато захрипел и издал тихое утробное рычание.

В разуме всплыла информация: наводя панику, кричать крикуны могут не чаще раза в четверть часа. Понятно.

Что ж, пойдем другим путем.

Жаль только, что взвод Афанасия прохлаждается на бетонном узле.

Двух амбалов, названных Колей в честь Валуева и Скалой в честь Джонсона, а также Черного Копателя я послал в тыл выбежавшим к воротам филиппинцам, чтобы отрезать их от электростанции и разделить силы врага.