Жажда

Наоборот, побуждает продолжать. Скоро я решаю, что он вообще не рычит, а урчит как довольный хищник.

Я углубляю поцелуй, но действую робко и нежно, осторожно ласкаю, исследую, пробуя на вкус. Парень ничего не делает, только дышит тяжело и шумно, рвано втягивает воздух.

- Плохо? – шепчу и отодвигаюсь, но ладони с его мощной шеи не убираю. – Тебе так не нравится?

Он накрывает мои губы и повторяет каждое мое движение, отражает как в зеркале. Ласково. Бережно. А потом срывается и зацеловывает, полностью выбивая кислород из легких.

И снова изменяет ритм, погружает в чувственное безумие, дотрагивается гораздо нежнее, откровеннее, порочнее.

Разве поцелуй может быть таким? Сладким. Острым. Проходить по тонкой грани, обнажать до самой сути. Да, может, с этим парнем все и всегда именно так.

- Какая же ты…

Захар выдыхает фразу в мои разомкнутые губы.

- Какая? – бормочу глухо.

- С тобой не может не нравиться.

Мои пальцы срываются вниз. Вроде бы обычная фраза, а опаляет до ожогов, льется кипятком по венам, кровь сворачивает.

Мои ладони прижимаются к широкой груди. Боже. Он тверже гранита. Каменный, но такой живой, сильный, будоражащий. Его мускулы налиты яростью и агрессией, а под моей мимолетной лаской как будто расслабляются.

- Повязки, - говорю взволнованно, ощутив контуры бинтов под плотной тканью футболки. – Тебе нужно срочно обработать раны. Пожалуйста, разреши помочь, осмотреть и…

- Мне нужно тебя.

- Как это?

- Как сейчас.

Его грешная ухмылка. Его хриплый голос.

Жаркая близость, которой нереально противостоять. Пальцы движутся вверх по моим бедрам, оплетают ноги огненной паутиной, от колен до ягодиц проносится жгучая волна. Массивные ладони вдруг приземляются на поясницу, придвигают меня ближе, впечатывают в мускулистое тело.

Мое сердце бешено бьется под ребрами. Колотится, заставляя задыхаться и судорожно глотать воздух.

Всякий раз кажется, нельзя быть ближе, теснее. И всякий раз Захар умудряется доказать обратное.

Я жду, что парень двинется дальше.

Сорвет одежду, начнет трогать и тискать везде, будет действовать, как привык. Покроет поцелуями-укусами, раздвинет мои ноги и резко ворвется внутрь. Вся сжимаюсь и напрягаюсь, но ничего такого не происходит. Он лишь утыкается лицом в мою макушку, обнимает крепче и подсаживает на это пьянящее ощущение.

Быть его. Быть рядом с ним. Верить, что между нами не просто секс. Не голый инстинкт. Нечто большее. Настоящее. То, ради чего стоит бороться.