Жажда

Иначе будешь регулярно получать самые строгие наказания. Озеро покажется раем.

- За что туда отправляют?

- За систематическое нарушение правил, - поясняет Джокер. – Никогда не выходи на улицу после отбоя. Как только на часах показывает двенадцать ночи, сиди в своей комнате и не высовывайся.

Киваю. Даже вчера мы справились раньше. Захар вернул меня в блок не позже одиннадцати.

- Сдавай каждую работу в срок, - говорит парень. – Никаких задержек по курсовым и рефератам. Выполняй все задания. Посещай контрольные.

- Слушай, ну это и так понятно, - замечаю я.

- Но ты пропустила несколько пар, - напоминает насмешливо. – За день. Простые вещи иногда могут оказаться самыми сложными.

Джокер сообщает мне много деталей насчет учебы. Выясняется, что за посещение факультативных занятий начисляют дополнительные баллы, а от спортивных классов можно отказаться без потерь. Через пару минут я начинаю делать заметки на телефоне, лишь бы ничего не упустить.

- Отличная учеба и хорошее поведение, - произносит Джокер.

Я пробегаю взглядом по заметкам, задаю несколько уточняющих вопросов. Пока все выглядит логично и не так уж страшно, если не думать о наказаниях.

- Ты когда-нибудь видела здесь магистров? – вдруг спрашивает парень.

- Нет, - отвечаю, помедлив.

Форма студентов отличалась по цвету и дизайну в зависимости от курса. Были повседневные и праздничные варианты, специальные наборы для спорта. Но определенные параметры всегда сохранялись и можно было с первого взгляда понять, какой год здесь обучается каждый из ребят.

Например, Джокер был на третьем курсе. Их форма сочетала различные оттенки зеленого. Первокурсники носили синий цвет, от самого темного, практически черного до нежно-голубого, небесного.

Пятый курс считался последним, ведь на нем выдавали диплом. Но если студент хотел продолжить учебу и показывал высокий уровень знаний, ему предлагали написать диссертацию. Таких людей и называли магистрами, им полагалось носить черную форму.

- Магистры обучаются в отдельном блоке, у них своя столовая и отдельное общежитие, - продолжает юноша. – На этих студентов нам нельзя смотреть. Нельзя их трогать. Обращаться к ним запрещено. Если только они сами не заговорят и не потребуют ответа.

- Подожди, - пораженно выгибаю брови. – Захар – магистр?

- Нет, - ровно бросает Джокер. – Захар – исключение из правил. Он заслужил такой статус еще на первом курсе.