Теплоход шёл ходко – ночью всегда кажется, что он идёт очень быстро, – и она думала, как хорошо, что матери не удалось увезти её в Москву.
Если бы не Розалия Карловна, возможно, и удалось бы.
А может, и нет! Всё же за эти несколько дней на теплоходе она набралась сил – как будто река, и небо, и окружающие люди поделились с ней своими. Мать появилась в её жизни сразу после смерти деда, до этого она её видела только в раннем детстве, и Таше показалось, что мир перевернулся – вот именно так.
Мир перевернулся с ног на голову.
Квартира на Спиридоновке, дача под Звенигородом, счета – всего этого было так много, и всё это можно было заполучить целиком, избавившись от Ташиных притязаний на наследство. Дед был легкомыслен и безалаберен, кроме того, как многие врачи, он почему-то был уверен, что жить будет вечно. Он умер скоропостижно, не оставил никакого завещания, а Ташина мать приходилась ему дочерью, и эта самая дочь развила такую активную деятельность, что Таша на несколько недель угодила в институт нервных болезней – как раз там мать выцарапала справку о её «временной невменяемости», уверив врачей, что Таша пыталась покончить с собой.
Валентина заявила, что если Таша не откажется от своей доли наследства в ее пользу, то она оформит над дочерью опеку, чтобы заграбастать всё.
Она подкупала каких-то оценщиков, приводила подозрительных юристов, собирала справки – кипы, тонны, курганы справок! – и всё для того, чтобы Таше не досталось ничего, а всё досталось ей.
Ей всё и досталось.
Какое ещё судебное заседание! Всё же было решено!
…Или не всё?.. Или она, Таша, просто о чём-то не знает?..
Одно она знала совершенно точно – чтобы хоть немного… отстраниться, поправить душу, которая просто пропадала от горя, чтобы как следует повспоминать деда, единственного человека, которого любила, она должна сесть на теплоход и поплыть.
На припрятанные деньги она купила путёвку, отложив все дела на потом. Потом ей нужно будет переделать кучу дел!.. Она должна где-то жить, что-то есть, как-то работать.
Пока был жив дед, она училась в аспирантуре и доучивалась, когда появилась мать. С тех пор Таше стало не до поисков работы.
Когда мать забрала всё, на что Таша могла безбедно жить, и остались только вот эти припрятанные на самый последний-распоследний случай деньги, она и решила, что отправится в путешествие.
И пусть оно будет последним. И пусть больше таких путешествий у неё никогда не будет. Но сейчас она здесь.
