Изображения начали появляться на экране с интервалом в три секунды, достаточным, чтобы тщательно изучить строение лицевых костей, так как сама внешность мужчин со временем могла измениться.
Джози раздраженно нахмурилась, когда на экране отобразилась третья по счету фотография.
— Их тут несколько сотен, весь просмотр займет прорву времени.
— Я не возражаю проводить его с тобой, — пальцы Даниэля нежно приласкали ее шею, и он склонился к ней еще ближе, чтобы грудью коснуться ее плеча.
— Ты приятно пахнешь.
— Я не пользуюсь духами.
— Я знаю. И мне это нравится.
— Естественный запах женщины? — шутливым тоном осведомилась Джози, хотя от его слов внутри нее словно забурлили, зашипели пузырьки счастья.
— Запах только одной женщины. Твой.
— То, как ты пахнешь, мне тоже нравится, — смущенно призналась девушка.
— И чем же я пахну? — спросил Даниэль, когда на экране сменился следующий кадр.
— Безопасностью.
Джози не знала, почему это сказала, но было что-то такое в сидящем рядом мужчине, из-за чего в его присутствии она чувствовала себя защищенной.
Сначала она не понимала, почему он так враждебно настроен по отношению к ней. Ее инстинкты говорили одно, а его поступки — другое. Во всяком случае, поначалу девушка считала именно так. Теперь же Джози знала, что заблуждалась, так как Даниэль, прикрываясь неприязнью и гневом, пытался обуздать свою страсть, которая всецело поглощала их обоих, стоило ему только отпустить ее на волю.
Несмотря на эти умозаключения, Джози пришла к выводу, что уникальный запах Даниэля ассоциировался у нее, прежде всего, с безопасностью и сексуальным желанием, не говоря уже о невероятном ощущении счастья. Девушку даже посетила мысль, а не называлось ли то, что она чувствовала по отношению к Даниэлю, любовью.
— Безопасностью? — переспросил Даниэль, его голос звучал потрясенно и был пронизан каким-то чувством, которое девушка пока не могла определить.
— Ну да, — она украдкой, взглянула на него, но все внимание Даниэля было приковано к слайд-шоу. — Когда я с тобой, то уверена, что ты никогда не причинишь мне боли и не позволишь никому другому это сделать. Так странно думать об этом. Просто сколько себя помню, мне всегда самой приходилось обеспечивать безопасность объекта, и ситуация, когда вместо меня сражается кто-то другой — это что-то новенькое.
